Елена

любовь – основная движущая сила для всех созидающих процессов.

Да будет мир, сотканный из любви!

Любовь – великое состояние погружения в чистейшие воды Божественных энергий. Любовь сладостна.

Всё великое познаётся в тиши.

Любовь как птица, она не может в полной мере проявлять себя, если сидит в клетке ревности, сплетённой из тяжких уз повинностей и обязанностей, угнетающих её. Там она томится и страдает .[/ALIGN]

Дитя в своём постижении мира всегда открыто и проникновенно и, постигая многое, всегда искренне. Так и любовь,

Очень рада, Оксана, что у Вас теперь есть Интернет. Надеюсь, что скоро Вы научитесь общаться здесь с нами. Благодарю за откровения, за Ваше служение. 21.10. 2007 г. Митрополиту Владимиру … И ты пошлешь послание в Рим, но это не будет безумие. Я прошу тебя, Я умоляю тебя, Я уже Пришел и вы не посадите Меня за граты ! Это Моя земля, это Мой Приход ! … Я дам Откровения познания Самого Себя и в этом никто не преграда для Меня ! 21.11.2008 г. Патриарху всия Руси-Украины Филарету … Я благословляю вас Миром и Духом Святым, о Котором так много вы говорите, но не знаете. Но вот пришел час и время, чтобы Я открыл вам этот Дух, Дух Любви и Дух прощения ! 11.01.09 Народе Мій, Я буду до тебе говорити. Я Народжуваний у цих днях, народжуюся знову у нових роках, у нових віках, у нових тисячоліттях. Знаю, що не приймуть вас, скажуть, що це не правда, бо дуже закореніли дерева, ставши старенькі. І Я приложив Сили до коріння того, а воно ще буяє своїм Законом, ніби ніколи не зможе Моя Милість перемогти це дерево. Але знайте, що ваша роса ваших сліз впаде на коріння те і воно саме почне всихати, бо не буде вологи. Бо ж не та їжа, яку ви будете давати для їх і засохне дерево зла і не стане його ніколи. А виросте Дерево, яке по середині Раю і заповнить усі серця і заповнить усі пустині. Це Дерево одне, дуже сильне його насіння. Його насіння не можливо перемогти, воно усіх перемагає ! Тому благаю і прошу, навертайтесь до Мого краю. Ідіть, Мій край не під замком, він не закритий. Я не поклав на нього печаті, не поклав ключів. Дав вам в руки ключі Мої, користуйтеся ними скільки треба і коли треба. Ключі Мої – молитви ваші, молитви святих, які просять до цього часу : “ Господи ! Поблагослови і накажи за кров нашу. ” Як чекають вони, так як і ви ! Бо кров святих це Правда і Істина Моя ! Сіон гора тріпотить в радості : Земля, земля прийняла Тебе Господи ! Чуєш ? Ти вже не чужинець, в Тебе є вже Дім збудований шириною, висотою, довжиною однаковий. Зветься він Новий Єрусалим. Я благословляю вас і сподобав у Приході до вас новому, новому, кажучи вам Істину і Правду Свою, благословляючи усіх вас до Єдиного Святого Могутнього Бога ! В Імя Отця і Сина і Духа Святого ! Євангелія від Івана, 18 : 3 –9 Амінь. Наступив Мій день і благословення третього дня і благословилося Імя Моє серед вас, і святиться Воно, і Слава і Хвала ! І казав Я вам і ще раз повторяю, що Я Прийшов спасти землю, а не знищити. Тому нехай Мій Дух Святий, Якого Я вам дав, іде сповіщає і благовістить і нехай святиться Імя Моє по землі ! Любі Мої, кажу вам, що скоро буде велика війна Духів і не без вас буде ця дивина. Ви будете учасниками цього великого буревію, який підніметься дуже високо, але впаде скоро. Такі Мої будуть повеління, бо приготовлю Я і не зможуть протистояти проти Мудрості Моєї ніякі князі світу цього, не зможуть вони. Вони вже давно осуджені, суд над ними давно відбувся. І благословляється Мій день і наближається Мій день і Я уже вам казав : “ Число язичників взято на Небеса. Нині буде народ Мій, який по обітниці наслідує Царство Небесне. ” Ви зберетесь в один день дуже скоро і зрозуміють вони Мене, не як Пророка, а приймуть вони Мене як Бога ! - 4 - Я благословляю ! Я Народжуюся для того, щоб знову жити, Я Воскрес для Правди вічного життя, Я дав вам пізнання і Силу Свою, ви багатії усього усього світу, тому весь світ у вашій руці. Я нічого вам не сказав про майбутній вік, Я ніде і ніколи не згадав про дух, який забираю і де Я його діваю. Ви тільки здогадками, як через тьмяне скло бачите майбутній вік, але бачите ви його досконало. Я дякую вам за те, що любов ваша перейшла через все і побачила майбутнє, невидиме і святе, яке так важко побачити людині, яка бачить тільки своє “я”. Я дякую вам і благословляю ! Народжуюсь Я, щоб знову Воскреснути, щоб знову жити ! Амінь. Друге послання св. апостола Павла до Солунян, 2 : 4 останні в. Амінь.

Мы взяли эту девочку в тяжёлом состоянии. У неё была грудь голая и палец откусан на лапе. У неё был стресс. Но она оказалась очень добрая. лишь пугает, а на самом деле, ей сейчас приятно опускать голову и давать себя гладить, но не всем.

Цель создания этого сайта - обратить внимание людей на Личность Учителя Христа. Именно Ему посвящены все наши старания. Именно Ему посвящён этот сайт. И я ищу корректные и лояльные формы, чтобы донести эту Идею до землян. Именно позиции веры, истинной веры для нас важны. Именно восстановление её истинного значения и места в нашей жизни. Каждый приходящий в этот мир имеет цель, цель жизни. Цель моей жизни - свидетельствовать о том, что Христос живой, что Он жаждет общения с нами, землянами, что Он имеет ныне программу, в которую входят восстановленые знания для землян. Это непростая задача, ибо прерогатива в общении с Христом, отдана, по мнению большинства, лишь церковным институтам. Но если мы вспомним слова Христа, то Он говорил: " Там где двое и трое соберутся во имя моё - там и Я среди них". Я не нашла ни одного утверждения Христа о том, что лишь церковь имеет утверждённое Самим Христом право на ВЕРУ. Наоборот,: Помолись Отцу, Который втайне ... И именно с позиций восстановления в нас веры через Любовь к Отцу и Учителю определена нынешняя задача Учителя и моя (лишь как посредника) в передаче всего услышанного. Я благодарю Наталью, которая направила моё внимание, на то, что я отклоняюсь от Идеи, данной мне, а также не веду сайт в нужном направлении. Взгляд со стороны всегда важен. Поэтому я буду размещать те отрывки из Евангелия и книг "Посланий", что привлекли моё внимание в этот день. Начну ... с начала ....Начну с того, что очень давно, когда мне было восемь лет, ходил я в храм. И там впервые понял я, что это храм не Бога, что Бога нет там, а есть лишь видимость служения Ему. Я разочарован был, и даже плакал я, но слёз моих никто не видел. И решил я, что никогда не буду храму доверять. И с этим чувством я прожил всю жизнь. Бог — это жизнь, это живое, то, что живёт внутри, это душа и сердце, это и мысли, и дела, и помыслы. Это, конечно же, не всё. Бог есть вокруг, везде: в былинке, в каждом цветке, росинке, облачке летящем. Природа вся Богом рождена, и в ней живёт частичка Его Сердца и Души. А храм? Это не живое, мёртвый организм. А мёртвое что может родить? Да, фанатизм и догматизм. Я вот о чём, я о религии, что вам дана и именем моим ещё и названа. Конечно, истины зерно в ней есть, и много правды в ней. Но есть и ложь. И очень много ханжества и лицемерия, а главное — застыло всё уже давно. Жизнь движется вперёд, а учение моё мертво, оно осталось, как две тысячи лет тому назад, а время ведь идёт, нет остановки, нет полного покоя ведь ни в чём. Так почему я не могу учения нового вам, людям, дать? Кто так решил, что я не смею, не могу сейчас учить людей? Мне в мир ваш приходить уже не надо, сейчас такое время, что я могу, имею право от Творца и напрямую с вами говорить, и диктовать вам то, о чём поведать миру я хочу. Но дело даже не во мне. Творец, Бог хочет, ибо вопрос уже назрел. Творец решил учение вам, людям, дать. И это будет идти через меня... Христос 23.08.2000

Спасибо, Юля. Очень приятно было увидеть. Красивые фотографии

homoperfect Спасибо. Очень интересные размышления. Есть о чём подумать.

Природа очень интересная. Это ёлочки?

Археологи обнаружили древнейший храм Археологи обнаружили, возможно, один из самых древних в мире христианских храмов, находящийся на территории колонии строгого режима в Мегидо. По оценкам ученых, культовое сооружение, украшенное мозаикой с надписями на греческом языке с упоминанием Иисуса Христа, было построено около 330 года н.э. Приблизительно этим временем датируются церковь Рождества в Вифлееме и некоторые другие ранние христианские храмы, сообщил РИА Новости один из руководителей археологической экспедиции. Некоторые СМИ поспешили назвать церковь, найденную на территории колонии строгого режима, старейшей в мире. Однако археолог более сдержан в оценках. «Самая старая в этом районе, в нашей стране - безусловно. На Ближнем Востоке - может быть. Но это не первая в мире церковь, хотя одна из самых ранних», - сказал он. «Мы не нашли здесь крестов, они появились позже. Наша же находка относится к раннему периоду существования христианства как официально признанной религии», - сказал археолог. В округе горы Мегидо находится множество археологических раскопок. Ученые связывают этот район с Армагеддоном - описанным в Откровении Иоанна Богослова местом финальной битвы добра со злом. В администрации тюрьмы заявили, что не намерены отказываться от строительства нового комплекса, но готовы начать работы позже запланированного срока.

Форум "ВИТА" Georgy На днях дежурил в терапии. Опять встретил того батюшку, которому прошлой весной дал брошюру "Пища для размышлений". Зашел разговор о вегетарианстве, - Я напомнил ему, что он мне привел в качестве аргумента в защиту мясоедения фрагмент об Апостоле Петре: "заколи и ешь"* - я сказал, что нашел этот фрагмент. В результате, как я выяснил, Петр не только не заколол (он был вегетарианцем), да и вообще это видение было аллегорическим, и к пище не имело отношения. Священник подтвердил это, и не стал опровергать, что видение Петра несло идею: "будь терпимым к иноверцам"... - Примечательно,что полгода назад священник при цитировании этого фрагмента упустил эту подробность... Я стал это обсуждать, но он не хотел слушать. Повторял: "это все ерунда", "мясо надо есть, и к животным это не имеет отношения"(?), "ты что еговист, что ли?" и так далее... Пока он приводил эти "аргументы", я напомнил ему, что был такой Святой - Василий Великий (жил в III веке н.э.), и ему принадлежат слова: "Животные служат на своем месте порой лучше, чем человек на своем"**. - Это ничего не значит. Можно теперь вспоминать цитаты и перевирать их, как угодно! - ответил священник. Он стал искать в своем телефоне некую аудиозапись своего коллеги, которую он мне хотел дать послушать (по его словам, в ней хорошо сказано, почему надо убивать животных, и почему их не надо жалеть). Он сказал - Животные - это бездушные существа***, и разума у них нет, у них только инстинкты, их создал Бог, чтобы их ели. И привел цитату из Бытия: "Вот вам животные, чтобы они вам служили, и вы их ели" (цитату он исказил). Я не понял сразу, что он цитирует и привел ту же цитату полностью. - В Бытии четко написано: "Я дал вам растения, сеющие семя - вам это будет в пищу... А то, что содержит кровь и душу, не ешьте"****. - Это для Адама и Евы было сказано - был его категоричный ответ. - Мы что хуже Адама и Евы? - Да, мы намного хуже. - На это было сложно что-то возразить. Уже позже я стал это обдумывать: Во-первых, он сначала сам привел эту цитату из Бытия, но в искаженном виде. Когда же ее привел я, оказалось, что Бытие устарело. Если такая рекомендация - быть вегетарианцами - была дана Богом (!!!), то должны ли священники говорить, что это глупости, что это устарело, или они должны говорить, что нужно хотя бы стараться быть вегетарианцами?!.. И вся эта история про Адама и Еву, кстати, является аллегорической. Он все продолжал искать запись в своем телефоне, при этом твердил: "Животных надо убивать и есть, убивать и есть..." На лице священника уже была гримаса гнева-нетерпимости. Да и я уже перестал видеть в нем священника после слов "надо убивать!" (хотя во мне воспитан дух почитания священнослужителей). Его нервозность передалась и мне, я понял, что дискуссию пора заканчивать. Он еще нажимал кнопки телефона, когда меня позвали пациенты, и я, извинившись, ушел. Когда я вернулся, священника уже не было... Жалко, что я не научился доносить свою мысль так, чтобы она не вызывала ожесточения... --------------------- * - Во время молитвы ему было показано видение: «И видит отверстое небо и сходящий к нему некоторый сосуд, как бы большое полотно, привязанное за четыре угла и опускаемое на землю; в нем находились всякие четвероногие земные, звери, пресмыкаю­щиеся и птицы небесные. И был глас к нему: встань, Петр, заколи и ешь. Но Петр сказал: нет, Господи, я никогда не ел ничего скверного или нечистого. Тогда в другой раз был глас к нему: что Бог очистил, того не почитай нечистым. Это было трижды, — и сосуд опять поднялся на небо» ** - Святой Василий Великий: "О Боже, расшири в нас чувство товарищества со всеми живыми существами, с нашими меньшими братьями, которым Ты дал эту землю, как общий дом с нами. Да уразумеем, что они живут не для нас только, но для себя самих и для Тебя, что они наслаждаются радостью жизни так же, как и мы, и служат Тебе на своем месте лучше, чем мы на своем". *** - Однако при непосредственном изучении Библии становится ясно, что у животных есть душа: "А всем зверям земным, и всем птицам небесным, и всякому пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу" (Быт. 1:30). **** - "И сказал Бог: вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя,— вам сие будет в пищу... И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма" (Быт. 1:29, 31). "Только плоти с душою ее, с кровью ее, не ешьте" (Быт. 9:4) Эта дискуссия примечательна тем, что она хорошо показывает: 1) идеология христианства живет своей отдельной жизнью от священных писаний (священники сами искажают и подтасовывают библию, и склонны пользоваться не исходниками, а комментариями современников); 2) позиция церкви двойственна в основополагающих принципах (заповедь "Не убий" уже ни во что не ставят, придумали отговорки); 3) священники, цитируя библию, сознательно искажать смысл цитаты. В случае с Петром - весной священник озадачил меня тем, что в библии есть фрагмент, якобы доказывающий, что Петра Бог чуть ли не заставил бросить вегетарианство. Когда же я нашел этот фрагмент и уже осенью сказал священнику, что он не прав, он замял тему (хотя изначально это был его главный козырь).

ГЛАВА 2 РАННЕЕ ХРИСТИАНСТВО И станет плоть убиенных зверей в твоем, теле твоей могилой Ибо истинно говорю вам: кто убивает, убивает сам себя, и кто вкушает от плоти мертвого зверя, вкушает от смерти Мирное Евангелие ессеев В предыдущей главе речь шла о вегетарианстве и традиционном христианском наследии, с которым знакомо большинство людей. Эта глава посвящена той религии, которая сегодня может показаться разновидностью «исконного» христианства, основанного на скрижалях Мертвого моря и прочих не так давно обнаруженных реликвиях христианской эры. Следует заметить, что эти находки не то чтобы относятся к «исконной» религии, но, скорее, хранят в себе память о ранних формах христианства, близких к тому, что проповедовал Иисус. Эта книга не отстаивает и не опровергает истинности скрижалей Мертвого моря, «Наг Хаммади» или других подобных документов. Как и в предыдущей главе, наша цель — посмотреть, в каком свете эти источники представляют вегетарианскую традицию в христианстве. В первой главе мы говорили о том, что в Библии осталось неизменным. В этой главе речь пойдет о том, что все-таки изменилось. Многие ученые подтверждают, что во время Никейского а (325 г. н. э.) священники и политики значительно изменили первоначальные христианские тексты, чтобы с помощью пропусков и дополнений создать версию, которая устроила бы императора Константина, в то время категорически не согласного с Писаниями 1. Этот шаг был предпринят с целью обратить Константина в христианскую веру и тем самым сделать христианство официальной религией Римской Империи. «Некоторые не знают,— писал архидиакон Уилдерфорс,— что после Никейского Собора тексты Нового Завета были существенно искажены. Во введении к «Текстуальной критике греческого Нового Завета» профессор Нестле говорит, что церковные власти выбрали специальных ученых называемых «корректорами», и поручили им подправить Писание согласно тогдашнему представлению об ортодоксии» 2. В предисловии к своему переводу «Евангелия Двенадцати апостолов» преподобный Гидеон Джаспер Ричард Оусли поясняет: «Задача этих корректоров заключалась в том, чтобы очень аккуратно удалить из Евангелия те повеления Господа, которым они не собирались следовать,— запреты на употребление мясной пищи и крепких напитков» 3. РАННИЕ ТЕКСТЫ Скрижали Мертвого моря — библейские манускрипты, датируемые началом христианской эры — были найдены в 1947 году и в основном поддерживают гипотезу о том, что текст Библии подвергся изменениям. Особенно в том, что касается таких обычаев, как мясоедение. Ценность этих свитков (и других археологических находок, сделанных позднее) состоит в том, что они, возможно, являются первоначальными, неизмененными манускриптами времен Иисуса Христа. Самые ранние из других доступных записей Нового Завета относятся к IV веку; это всего лишь копии копий. Хотя некоторые исследователи утверждают, что между находками с Мертвого моря и позднейшими библейскими текстами нет особых расхождений, все же нельзя отрицать, что в этих документах встречаются небольшие, но многозначительные различия. Некоторые историки христианства отвергают эти археологические открытия, другие горячо в них верят. В числе последних можно назвать доктора Мартина Ларсона, Эдмонда Б. Шекели, Миллара Берроуза, Г. Дж. Оусли, Джона М. Аллегро и Франка Дж. Муччи (основателя Общества Эдема). Все эти ученые внесли значительный вклад в расшифровку раннехристианских текстов, и из их работ мы узнали много нового о вегетарианстве в христианской традиции. Оусли, например, сделал перевод предполагаемых оригинальных Евангелий, сохраненных членами общины иессеев (религиозная секта, приверженцы которой жили на побережье Мертвого моря и отличались особой дисциплиной и духовной сплоченностью). Оусли рассказывает, что манускрипт хранился в тибетском буддистском монастыре, «где кто-то из общины иессеев спрятал его, чтобы уберечь от рук осквернителей» 4. Если манускрипты Оусли подлинные, то они являются самым древним и полным из существующих христианских текстов: это арамейский оригинал, не изменившийся с тех пор, как его использовали в первой христианской церкви Иерусалима. Те ученые, которые признают документ подлинным, заключают, что это — оригинал Евангелия, на котором основаны четыре Евангелия Нового Завета (с многочисленными отклонениями и значимыми купюрами). Это может быть правдой, а может и не быть, но содержание манускриптов ясно свидетельствует о приверженности вегетарианскому образцу и потому заслуживает подробного рассмотрения на этих страницах. Интересно, что незадолго до смерти Оусли выразил беспокойство о судьбе манускриптов: то, что случилось в прошлом, может произойти снова. По всей вероятности, Оусли опасался, что так и произойдет, особенно если документ достанется издателям-материалистам, в чьих руках «исправление» станет «искажением». Чтобы предотвратить это, В 1904 году Оусли передал авторские права на свои работы доверенному другу, с просьбой «не дать им попасть в руки ритуалистов, неважно, римских или англиканских» 5. Драгоценные манускрипты Оусли под названием «Евангелие двенадцати апостолов», ранее известные как «Евангелие для иудеев» или «Назарейское Евангелие», целы до сих пор 6. СЛОВА О ДОБРОТЕ К ЖИВОТНЫМ Согласно «Евангелию Двенадцати апостолов», перед рождением Иисуса ангел сказал Марии: «Ты не должна вкушать мяса и пить хмельных напитков, ибо дитя еще в чреве Твоем будет посвящено Господу, и не может вкушать плоть и опьяняться брагой». Сила этого повеления свыше, если признать его достоверность, состоит в том, что оно подтверждает: Иисус действительно тот Мессия, о котором говорится в ветхозаветном пророчестве: «Итак, Сам Господь даст вам знамение: се, Дева в чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил. Он будет питаться молоком и медом, доколе не будет разуметь отвергать худое и избирать доброе» (Ис. 7:14, 15). Далее в тексте говорится, что в общине, где жили Мария и Иосиф, не убивали ягненка ради Пасхи: «Родители Его, Иосиф и Мария, каждый год на Пасху ходили в Иерусалим и праздновали ее по обычаю своих братьев, избегавших кровопролития и не евших мяса...» Упоминание об этом сообществе помогает объяснить, почему Иисус с самого детства любил животных и птиц: «В один день пришел отрок Иисус туда, где были птичьи силки. Там же были другие отроки. И сказал им Иисус: «Кто поставил силки на безвинных тварей Божиих? Говорю вам, тот сам попадется в силок». Неудивительно, что в этих неискаженных текстах мы находим призывы Христа к заботе обо всех созданиях, не только о людях: «Будьте же заботливы, будьте участливы, будьте милосердны и добры не только к вашему роду, но и ко всяким тварям, что ищут вашей заботы, ибо вы для них как боги, на которых они взирают в нужде своей». Позже Иисус объясняет, что пришел покончить с кровавыми жертвоприношениями: «Я пришел положить конец жертвам и кровавым пирам, и если не прекратите приносить в жертву плоть и кровь, гнев Господень вечно будет на вас, как был в пустыне на отцах ваших, что взалкали мяса и поели вволю, и наполнились скверной, и язва поразила их». Как отмечалось в предыдущей главе, в этих ранних рукописях нет упоминания о чуде с хлебами и рыбами. Вместо этого в них описано чудо с хлебом, фруктами и кувшином воды: «И разделил Иисус хлеб и плоды между ними, и воду также. И ели, и насытились все, и пили. И дивились они, ибо каждому хватило с избытком, а было их четыре тысячи человек. И пошли они, и возблагодарили Господа за то, что видели и слышали». В этих древних документах постоянно встречаются слова Иисуса в поддержку естественной пищи, особенно вегетарианской: «И, услышав это, некий саддукей, не веривший в святую истину Господню, спросил Иисуса: «Скажи мне, почему говоришь, не ешьте плоти животных? Разве не были звери даны человеку в пищу, как и те травы и плоды, о которых Ты говорил?» Ответил Иисус: «Взгляни на арбуз, сей плод земли». И Иисус разрезал арбуз и сказал еще саддукею: «Видишь своими глазами добрый плод земли, пищу людскую, и видишь семена внутри; сосчитай их, ибо из одного арбуза родится во сто крат больше. Если посеешь эти семена, будешь есть от истинного Бога, ибо не прольешь крови и ни страдания не увидишь, ни крика не услышишь. Что же ты ищешь даров Сатаны, муки, смерти, крови живых душ, пролитой от меча? Разве не знаешь, что тот, кто поднимает меч, от меча и гибнет? Иди теперь своим путем и сей семя доброго плода жизни, и не вреди безвинным тварям Божиим». Христос осуждает даже тех, кто охотится на животных: «И когда шел Иисус с учениками, встретился им некий человек, натаскивавший охотничьих псов, чтобы травить слабых тварей. Увидев это, сказал ему Иисус: «Зачем делаешь дурное дело?» И ответил тот человек: «Этим ремеслом живу, ибо зачем подобным тварям место под небом? слабы и заслуживают смерти, а собаки сильны». И Иисус посмотрел на того человека с грустью и сказал: «Воистину, лишен ты мудрости и любви, ибо у всякой твари, какую создал Господь, есть свой удел и свое место в царстве жизни, и кто может сказать, зачем они живут? И какая в том польза тебе самому и людям? Не тебе судить о том, лучше ли сильный слабого, ибо слабые не были посланы человеку в пищу или ради забавы... Горе тому, кто травит и убивает создания Божии! Да, горе охотникам, ибо они станут добычей, и сколько милосердия выказывают они к своим безвинным жертвам, столько и им выкажут недостойные люди! Оставь это дурное ремесло грешников, делай то, чему радуется Господь, и будь благословен, или же будешь проклят по твоей собственной вине!» Наконец, в ранних манускриптах мы читаем о том, что Иисус осуждает даже рыбаков, несмотря на то, что они были самыми верными из его сторонников. «На другой же день опять заговорили о поедании мертвых зверей, и некоторые из новых учеников Иисуса собрались вокруг Него и спросили: «Учитель, воистину, все ведомо Твоей мудрости, и Ты лучше всех других знаешь святой Закон; скажи нам, дозволено ли есть тварей морских?» И Иисус посмотрел на них с грустью, ибо знал, что они неученые люди, и их сердца еще ожесточены лживыми учениями дьяволов, и сказал им: «Встаньте на берегу и взгляните в пучину вод: видите рыб морских? Им дана вода, как человеку дана земная твердь; спрашиваю вас, разве рыбы приходят к вам и просят у вас сухой земли или той пищи, что на ней? Нет. И вам не дозволено идти в море и искать того, что не принадлежит вам, ибо земля разделена на три царства душ: те, что на земле, те, что в воздухе, и те, что в воде, каждый согласно своему естеству. И воля Присносущего дала всякой твари душу живую и святое дыхание, и то, что Он Своей волей дает Своим созданиям, ни человеку, ни ангелам нельзя отнять или присвоить». Интересно, что, когда Иисус впервые говорит своим ученикам-иудеям об их новом питании (вегетарианском), возражают ему: «Ты говоришь против Закона»,— очевидно, имея в виду различные места в Ветхом Завете, где дается разрешение есть мясо. Памятный ответ Иисуса очень красноречив: "Не говорю Я против Моисея, ни против Закона который он дал, зная жестокость ваших сердец. Истинно говорю вам: вначале все твари Божии вкушали лишь от трав и плодов земли, пока невежество и себялюбие людское не привели многих к тому, что противно их естеству, но даже и эти вернутся к природной своей пище. Так сказано у пророков, и пророчества не обманут». Эти и многие другие отрывки можно найти в «Гуманном Евангелии Иисуса», опубликованном Обществом Эдема. Это — один из немногих английских переводов «Евангелия Двенадцати апостолов». Наставления, содержащиеся в ессейских текстах, можно принять с верой или отвергнуть как дурную подделку; однако сами эти поучения вполне согласуются с каноническими проповедями Иисуса Христа, так как в их основе лежит пример величайшей любви и сострадания. ССЫЛКИ И ПРИМЕЧАНИЯ The Edenite Creed for Life (N.J., The Edenite Society, 1979), p. 19. Ibid. The Gospel of the holy Twelve (CA, Health Research, Reprint, 1974), p. 8. Ibid. Ibid. The Essene Humane Gospel of Jesus (N.J., The Edenite Society, 1978), p. 6.

ХРИСТИАНСТВО Ради пищи не разрушай дела Божия. (Рим. 14:20) Хотя Новый Завет практически целиком и полностью посвящен Христу, о его питании известно мало. Тем не менее, многие ранние христиане и летописцы христианской истории недвусмысленно поддерживали вегетарианство; достаточно назвать такие знаменитые имена, как св. Иероним, Тертуллиан, св. Иоанн Златоуст, св. Бенедикт, Папа Климент, Эвзебий, Плиний, Папий, Киприан, Панте-нус и Джон Уэсли. Так же, как Христос и библейские пророки, они словом и делом доказывали, что милость и сострадание должны распространяться на всех тварей Божиих гораздо шире, чем считают нынешние христиане. Лучше всего начать изучение вегетарианства в христианской традиции с Библии, включая сюда и Ветхий Завет, так как христианство корнями уходит в иудаизм. Ветхий Завет главным образом посвящен законам, данным иудеям от Господа, и наказанию, которое иудеи понесли за нарушение этих законов. Новый Завет говорит о том, что Иисус дарует прощение искренне раскаявшимся, подчеркивая, что первый и главнейший долг человека состоит в том, чтобы возлюбить Господа умом, сердцем и духом. Однако история показывает, что этот долг исполняется редко, а Ветхий Завет говорит, что Господь часто идет на уступки и смягчает некоторые законы в надежде, что нарушители станут хотя бы частично следовать Его заповедям и постепенно разовьют в себе любовь к Нему. Но изначальный закон о пище раскрывает волю Божию: И сказал Бог: вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя,— вам сие будет в пищу... И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма (Быт. 1:29, 31). Если первоначальный закон о пище показался Богу «xорошим весьма», зачем же позднее Он столько раз говор о поедании мяса? Согласно Книге Второзакония, Он разрешает это из сострадания к «алчным израилитам»: Когда распространит Господь, Бог твой, пределы твои, как Он говорил тебе, и ты скажешь: «поем я мяса», потому что душа твоя пожелает есть мяса,— тогда, по желанию души твоей, ешь мясо (Втор. 12:26). Некоторые утверждают, будто в Книге Бытия (9:3) людям дозволяется есть мясо: «Все движущееся, что живет, будет вам в пищу». Но это относится ко временам Всемирного Потопа, когда Ною была дана возможность пережить бедствие. Так как вся растительность погибла, Бог действительно дал Ною разрешение — но не повеление — есть мясо. Нельзя забывать, что идеальная пища была дана раньше, и Бог назвал ее «хорошей весьма». Эти слова ни разу не применяются к мясной пище. Фактически, в следующем стихе (Быт. 9:4), позволив употреблять в пищу все движущееся, Господь еще раз напоминает нам, что в идеале мы не должны есть мясо, или, по крайней мере, кровь: «Только плоти с душою ее, с кровью ее, не ешьте: И далее, в следующем стихе, ясно говорит, что те, кто убивает животных, будут, в свою очередь, убиты этими животными: «Я взыщу и вашу кровь, в которой жизнь ваша, взыщу ее от кого зверя...» 1. Некоторые ученые замечают, что там, где Ной получил позволение есть все, что движется, в Септуагинте было употреблено греческое слово herpeton, что буквально означает «пресмыкающееся» 2. Таким образом, когда нельзя было найти другой пищи, Господь разрешил ему есть ракообразных и моллюсков — устриц, панцирных, раков, улиток. Это гораздо лучше согласуется с тем стихом в Книге Бытия (9:4), который запрещает Ною есть животных с кровью. Ему было разрешено есть только холоднокровных тварей — и то лишь временно, в качестве уступки. Согласно Джозефу Бенсону, «необходимо заметить, что запоет на поедание крови, данный Ною и его потомкам, и повторенный для израильтян, ...никогда не отменялся, но, напротив, был подтвержден в Новом Завете (Деян. 15); таким образом, это — постоянный закон» 3. Христианский теолог Этьен де Курсель (1586—1659) был убежден, что апостолы тем самым запрещали есть по крайней мере кровь, если не мясо вообще: «Хотя многие из наших братьев сочли бы преступным пролитие человеческой крови, они не признали бы таковым пролитие животной [крови]. Апостолы своим указом желали просветить таких людей в их невежестве» 4. По этому поводу высказывались многие; историки говорят, что, когда первых христиан обвинили в пожирании детей, некая женщина по имени Библис (в 177 г. н. э.) оспорила обвинение, спросив: «Как могут эти люди есть детей, если им запрещено даже есть кровь неразумных животных?» 5. Позднее, во время Трулланского Собора, происходившего в Константинополе в 692 г. н. э., было установлено следующее правило: «Святое Писание запрещает поедать кровь животных. Священнослужитель, вкусивший крови, будет в наказание лишен сана, мирянин — отлучен от церкви» 6. Вернемся на минуту к корням христианства и ветхозаветной традиции. В Книге Левит (7:26) можно найти еще один запрет на поедание крови, гласящий: «И никакой крови не ешьте во всех жилищах ваших ни из птиц, ни из скота». Многие расценивают эти слова как повеление сперва осушить окровавленное мясо, и затем уже есть его где угодно (см. Главу об иудаизме). В Моисеевом Пятикнижии есть еще один пример того, как Господь, в качестве временной уступки, разрешает израильтянам есть мясо, но опять же, в качестве временной уступки. После бегства из Египта евреи сорок лет блуждали по пустыне. Господь дал им в пищу манну («хлеб жизни»), чудесный растительный продукт, который и впрямь содержал все необходимое для поддержания жизни. Но израильтяне, как говорит Библия, устали от манны, и тогда Господь разрешил сынам Своим есть мясо перепелов. Почему перепелов? Хотел ли Господь преподать какой-то скрытый урок? Ответ содержится в Книге Чисел, стихи 11:18—34. В стихе 20 Господь говорит израильтянам: «Будете есть мясо целый месяц, пока не пойдет оно из ноздрей ваших и не сделается для вас отвратительным...». В стихе 33 сказано, что «мясо еще было в зубах их и не было еще съедено, как гнев Господень возгорелся на народ, и поразил Господь народ весьма великой язвою». Очевидно, им было дозволено переменить пищу, но их выбор вызвал недовольство Бога. Место, где похоронили этих израильтян, между прочим, традиционно называется «гробы прихоти», поскольку они пожелали того, что не было им необходимо: мяса. Спустя века, когда зародилась маленькая иудейская секта, именуемая «христианской», ее члены переняли некоторые обычаи и традиции материнской религии, в частности мясоедение. Однако имелось несколько важных исключений и в иудаизме, и в христианстве. А вегетарианство играло значительную роль в жизни первых христиан. ХРИСТИАНЕ-ВЕГЕТАРИАНЦЫ Некоторые исторические документы свидетельствуют о том, что двенадцать апостолов, и даже Матфей, заменивший Иуду, были вегетарианцами, и что первые христиане воздерживались от употребления в пищу мяса из соображений чистоты и милосердия. Например, св. Иоанн Златоуст (345— 407 н. э.), один из выдающихся апологетов христианства своего времени, писал: «Мы, главы христианской Церкви, воздерживаемся от мясной пищи, дабы держать в подчинении плоть нашу... мясоедение противно естеству и оскверняет нас» 7. Климент Александрийский (160—240 н. э.), один из основателей церкви, несомненно, оказал на Златоуста большое влияние, поскольку почти на сто лет раньше он написал: «Те же кто распаляется, склоняясь к столу с яствами, питая собственные недуги, одержимы самым ненасытным из бесов, коего я не постыжусь назвать «демоном чрева», худшим из демонов. Лучше заботиться о блаженстве, нежели превращать свои тела в кладбища животных. Потому апостол Матфей вкушал лишь семена, орехи и овощи, обходясь без мяса» 8. «Милосердные проповеди», также написанные во II веке нашей эры, считаются основанными на проповедях св. Петра и признаются одним из самых ранних христианских текстов, за исключением только Библии. «Проповедь XII» недвусмысленно говорит: «Противоестественное поедание плоти животных оскверняет так же, как языческое поклонение демонам, с его жертвами и нечистыми пирами, участвуя в которых, человек становится сотрапезником демонов». Кто мы такие, чтобы спорить со св. Петром? Далее, ведутся дебаты о питании св. Павла, хотя он в своих писаниях почти не уделяет внимания вопросам пищи. В Евангелие 24:5 говорится, что Павел принадлежал к школе Назарен, которая строго следовала принципам, включая вегетарианство. В своей книге «История раннего христианства» господин Эдгар Гудспид пишет, что ранние школы христианства пользовались только «Евангелием от Фомы». Таким образом это свидетельство подтверждает, что св. Фома также воздерживался от употребления мясной пищи. К тому же, мы узнаем от почтенного отца Церкви, Эвзебия (264—349 н. э.), ссылающегося на Гегезиппа (ок. 160 г н. э.), что Иаков, которого многие считают братом Христа, также избегал употребления в пищу мяса животных. Тем не менее, история свидетельствует, что христианская религия постепенно отошла от своих корней. Хотя ранние отцы Церкви придерживались растительной диеты, Римская Католическая Церковь довольствуется тем, что предписывает католикам по крайней мере соблюдать несколько постных дней и не есть мяса по пятницам (в память о жертвенной смерти Христа). Даже это предписание было пересмотрено в 1966 году, когда Конференция американских католиков постановила, что верующим достаточно воздерживаться от мясной пищи лишь в пятницы Великого Поста. Многие раннехристианские группы стремились исключить мясо из рациона. Фактически, первые церковные писания свидетельствуют, что мясоедение было официально разрешено лишь в IV веке, когда император Константин решил, что его версия христианства отныне станет всеобщей. Римская империя официально приняла прочтение Библии, дозволяющее мясную пищу. И христиане-вегетарианцы были вынуждены держать свои убеждения в секрете во избежание обвинений в ереси. Говорят, что Константин велел вливать расплавленный свинец в горло уличенным вегетарианцам. Средневековые христиане получили от Фомы Аквин-ского (1225—1274) заверения в том, что убийство животных разрешено Божественным провидением. Возможно, на мнение Аквината повлияли его личные вкусы, поскольку, хотя он и был гением и во многом аскетом, его биографы все же описывают его как большого лакомку. Конечно, Аквинат знаменит еще своим учением о различных типах душ. Животные, утверждал он, души не имеют. Примечательно, что женщин Аквинат тоже считал лишенными души. Правда, учитывая, что Церковь в конце концов сжалилась и признала, что душа у женщин все-таки есть 10, Аквинат неохотно уступил, сказав, что женщины стоят на одну ступень выше животных, у которых души уж точно нет. Многие христианские деятели приняли такую классификацию. Однако при непосредственном изучении Библии становится ясно, что у животных есть душа: А всем зверям земным, и всем птицам небесным, и всякому пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу (Быт. 1:30). Согласно Рейбену Алкелею, одному из величайших ученых XX века в области иврито-английской лингвистики и автору «Полного иврито-английского словаря», точные еврейские слова в этом стихе — nefesh («душа») и chayah («живая»). Несмотря на то, что в популярных переводах Библии это словосочетание обычно передается просто как «жизнь» и тем самым подразумевается, что у животных совсем не обязательно есть «душа», точный перевод обнаруживает нечто прямо противоположное: у животных, несомненно, есть душа, по крайней мере, согласно Библии. Более того, те же самые еврейские слова употребляются для обозначения души человеческих существ и даже души насекомых. Поэтому в Библии нет никаких аргументов в поддержку того мнения, что, хотя у животных и может быть какая-то душа, но эта душа — совсем не та, что есть у человеческих существ. «НЕ ВЕРОЙ ЕДИНОЙ» Основной догмат всех христиан — искупление, совершенное Иисусом. В основе христианской доктрины лежит вера в спасение через Иисуса, а не подчинение своду особых законов и правил, как, например, Закон Моисеев (Ефес. 2:8). Крайне трудно найти христианского проповедника, который учил бы, что человеку можно или нельзя есть ту или иную пищу, или что доброе отношение к животным поможет спасению человеческой души. Это привело к одному из самых значительных расколов в христианской теологии: спору о вере и деяниях. Многие христиане считают, что веры в Иисуса достаточно для вхождения в Царство Божие, вне зависимости от добрых дел или морального и этичного поведения; другие думают, что для спасения необходимы и вера во Христа, и добрые дела. Мысль о том, что одной только веры достаточно для искупления, родилась в результате неправильно понятого соотношения между верой и поступками. Это недоразумение очень доступно объяснили преподобный Дж. Тодд Феррье из Ордена Креста и английский поборник вегетарианства преподобный В. А. Холмс-Гор 11. И Феррье, и Холмс-Гор утверждают, что противопоставление веры и дел возникло тогда, когда средневековые христиане начали изучать послания св. Павла в отрыве от их исторического контекста. Павел проповедовал фарисеям и вообще тем, кто не верил, что милость Господня является искупительной силой. Потому, говоря с фарисеями, он особо отмечал значение веры. Библия, однако, говорит, что вера и дела одинаково важны. Как писал Иаков, «Вера, если не имеет дел, мертва сама по себе» (Иак. 1 и 2). Поэтому, когда Павел говорит, что человеку дозволено есть все, чего он пожелает, включая мясо (1 Кор. 8:8), он лишь старается подчеркнуть важность веры. Подробное изучение писаний Павла показывает: несмотря на то, что он уделяет особое внимание вере, в других текстах он также говорит о ценности праведных деяний, в том числе доброго отношения к животным. Фактически, Павел утверждает, что добрые дела даже важнее, чем вера (1 Кор. 13:13). Тем не менее, в наши дни христианские сообщества, горячо и охотно провозглашающие веру во Христа, не спешат следовать учению, которое может потребовать от них изменения образа жизни. В этой связи преподобный Эндрю Линзи, капеллан Эссекского университета, заявил, что многие сторонники христианства пренебрегают своей обязанностью дела' добрые дела, особенно по отношению к животным. В своей книге «Права животных: христианская оценка обращения человека с животными» он с сожалением констатирует: «Увы нельзя не признать, что христиане, католики и некатолики так и не смогли создать удовлетворительного морального учения касательно отношения к животным» 12. Позднейшие учения можно интерпретировать по-разному, но ранние формы христианства (и многие иудейские секты в которых оно зародилось) проповедовали вегетарианство Их приверженцы понимали, что, при всей важности веры, надлежащие поступки — «деяния» — не менее важны. Поэтому они последовательно придерживались заповедей Писания. Неудивительно, что это отражалось на их питании и отношении к животным вообще. Назареяне, терапевты, эбиониты, гностики, и ессеи не ели мяса. Монтанисты, еще одна ветвь раннего христианства, воздерживались от мясной пищи так же как и Тертуллиан, один из первых отцов Церкви. Среди более ортодоксальных христиан, не одобрявших мясоедения, мы уже упомянули Иоанна Златоуста и Климента Александрийского, двух самых влиятельных мыслителей ранней Церкви. Возможно, способнейший ученик Климента, Ориген (185—254. н. э.), один из самых плодовитых раннехристианских писателей, высказал верную мысль о тех, кто поддерживает мясоедение: «Я думаю, что люди стали приносить в жертву животных потому, что им понадобился предлог для вкушения плоти» (Stromata, «О жертвоприношениях», кн. VII) 13. Позднейшие разновидности христианства также поддерживали вегетарианство. Эллен Г. Уайт, одна из основательниц церкви адвентистов, была убежденной вегетарианкой так же, как Дж. Уэсли, основоположник методизма. Сильвестр Грэхем, пресвитерианский священник, знаменитый своими «хлебцами Грэхема», пропагандировал отказ от мяса, а Уильям Меткалф, пастор Библейской Христианской Церкви Англии, написал книгу под названием «Воздержание от мяса животных» (1829 г.). Эта работа считается первой книгой о вегетарианстве, изданной в США. Траппистский, бенедиктинский и картезианский ордена Римской Католической Церкви и другие христианские организации, как, например, Универсальное христианское гностическое движение и Братство розенкрейцеров, отстаивают вегетарианство, даже если их приверженцы не проявляют особого постоянства в этом отношении. Сегодня существуют две крупные христианские группы, которые упорно стремятся доказать важность отказа от мясной пищи для современных христиан: Католическое общество изучения и защиты животных и Общество христианской помощи животным и людям. Несмотря на то, что Второй Ватиканский Вселенский Собор Католической Церкви, проведенный в 1965 году, ослабил монастырский устав касательно мясной пищи, особенно для монахов траппистского ордена, большинство траппистов все еще придерживается изначального вегетарианского устава. И хотя многие утверждают, что св. Франциск не был последовательным вегетарианцем, большинство монахов-францисканцев не едят мяса, вероятно потому, что св. Франциск — покровитель животных, и потому, что он открыто высказывал свою любовь ко всякой Божьей твари. Современный бенедиктинский монах, брат Дэви Стейндл-Раст, считает, что, хотя библейская традиция позволяет различные толкования касательно отношения чело века к животным, Жития святых доказывают необходимость всеобъемлющего сострадания. Брат Дэвид говори «К несчастью, христиане внесли свою лепту в эксплуатации: окружающей среды и жестокое обращение с животными. Иногда они даже пытаются оправдать свои преступления, используя отрывки из Библии, вырванные из общего кон текста, но истинные принципы религии нужно изучать на примере святых... Различные животные в христианском искусстве символизируют разных святых. Св. Менас обычно изображается с двумя верблюдами, св. Ульрих — с крысой, св. Бригитта — с утками и гусями, св. Бенедикт — с вороном список можно продолжать до бесконечности. Св. Губерт изображается с оленем, у которого между рогами распятие. По легенде, этот святой был охотником, но оставил свое жестокое ремесло после того, как внезапно увидел Христа в олене, которого собрался подстрелить» 14. Это красноречивый пример того, что божественное скрыто во всех созданиях. «В конце концов,— рассуждает брат Дэвид,— сам Христос зовется «агнцем Божиим»15. Иногда мы забываем, что любовь, к которой призывал Христос, должна быть всеобъемлющей, как отражение любви Господа ко всем Его творениям. Молитва Господу начинается (в оригинале) арамейскими словами awoon dwashmaya. Обычно это переводится как «Отче наш, сущий на Небесах»; но более точным переводом было бы «Отче наш общий, сущий на Небесах» 16. Арамейский оригинал утверждает, что Бог — отец всех живых существ во Вселенной, независимо от их биологического вида. Тем самым подразумевается, что христианская любовь объемлет все, и сколько любви ты отдашь окружающему миру, столько же даст тебе Господь. Для вегетарианцев также особо значимо то, что молитва продолжается словами «хлеб наш насущный даждь нам днесь». «НЕ УБИЙ» Требование сострадания и взаимной любви заложено в Шестой заповеди: «Не убий». При всей простоте и прямоте этой заповеди, ее редко понимают буквально и обычно считают применимой только к человеческим существам. Однако в Книге Исхода (20:13), в которой записана заповедь, использовано еврейское слово lo tirtzach. Согласно Рейбену Алкелею, tirtzach означает «любое убийство». Следовательно, заповедь призывает нас воздерживаться от убийства вообще. Запрет в пояснениях не нуждается. Споры вызывает слово «убить», обычно означающее: а) лишить жизни, б) покончить с чем-либо, в) разрушить жизненную, основную сущность чего-либо. Раз убить можно все, в чем есть жизнь, значит, животных тоже убивают; согласно заповеди, убийство животных запрещено. Жизнь обычно определяется как качество, отличающее работающий, функционирующий организм от мертвого тела. При всей своей сложности жизнь заявляет о своем присутствии с помощью набора симптомов, известных как биологу так и тому, кто просто читает книгу природы. Все живые организмы проходят шесть фаз: рождение, рост, зрелость, размножение, увядание и смерть. Таким образом, и по человеческим, и по Господним представлениям, звери являются живыми существами. Все живое может быть убито, а убить означает нарушить заповедь, не менее священную, чем все остальные: «Кто соблюдает весь закон и согрешит в одном чем-нибудь, тот становится виновным во всем. Ибо Тот же, Кто сказал: «не прелюбодействуй», сказал и «не убий»; посему, если ты не прелюбодействуешь, но убьешь, то ты также преступник закона» (Иак. 2:10, 11). В Ветхом Завете также много доводов в пользу вегетарианства. На это можно сказать, что христиане не обязаны следовать древнему Закону и имеют право ограничиться Новым Заветом. Однако сам Иисус учил другому: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна йота и ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнятся все. Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царстве Небесном; а кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном» (Мф. 5:17-19) ПРОБЛЕМЫ ИСТОЛКОВАНИЯ Возможно, главная причина, которая побуждает христиан «преступить закон» несмотря на библейскую заповедь, запрещающую убийство, кроется в широко распространенно! убеждении, что Христос ел мясо. Однако Иисус был известен как «царь мирный», а его учение призывает к всеобъемлющей, вселенской любви, состраданию и уважению. Труд» совместить миротворческий образ Христа и разрешение на убийство животных. Тем не менее, в Новом Завете постоянно упоминаются просьбы Христа дать ему мяса, и любители мясной пищи пользуются этими цитатами для того, чтобы оправ дать собственные гастрономические вкусы. Но при внимательном изучении греческого подлинника обнаруживается, что Иисус просил вовсе не мяса. Хотя в английском переводе Евангелий слово meat (мясо») употребляется девятнадцать раз, греческие слова оригинала точнее было бы перевести как «пища»: broma — «пища» (использовано четыре раза), brosimos — «то, что можно есть» (встречается один раз), brosis — «питание, процесс питания» (употреблено четыре раза), prosphagion _ «нечто съедобное» (использовано один раз), trophe — «питание» (встречается шесть раз), phago - «есть» (употреблено три раза). Таким образом, «есть ли у вас мясо?» (Ин. 21:5) следует читать «есть ли у вас пища?». А когда в Евангелии говорится, что ученики пошли купить мяса (Ин. 4:8), точный перевод был бы всего лишь «пошли купить съестного». В каждом случае греческий подлинник указывает просто на «пищу», а не обязательно на «мясо» 17. Задача сводится к истолкованию оригинала и переводов, часто неверных. Многие ошибки в переводе Библии (например, Red Sea — «Красное море» вместо Reed Sea — «Море Камышей»), незначительны и даже забавны. Но некоторые из них существенно отклоняются от подлинника; между тем, в случае, если ошибочный вариант используется в течение столетий, он закрепляется в библейском каноне. Но если принимать во внимание содержание и цель жизни Иисуса, становится трудно или, скорее, невозможно примирить поедание мяса и христианское вероучение. Христиане, употребляющие в пищу мясо, возражают: «Если Библия проповедует вегетарианство, как же тогда понимать чудо с хлебами и рыбами?» Некоторые толкователи Библии, учитывая сострадательную натуру Иисуса, предполагают, что слово «рыба» в данном случае обозначает небольшие шарики из водоросли, растущей в восточных морях и известной как «рыбья трава»; похожие шарики едят и в наши дни. Водоросли высушиваются на солнце, измельчаются в муку, из которой пекутся шарики. Такие «хлебцы» были обязательным блюдом кухни древнего Вавилона; они также высоко ценятся в Японии. Мусульмане считают их нищей для правоверных, и, что еще важнее, во времена Иисуса они были признанным деликатесом. Кроме того, следует учесть чисто практическое соображение: в корзину с хлебом скорее по ли бы такие шарики, чем настоящую рыбу — она быстро протухла бы на солнцепеке и испортила остальную еду18. Возможно также, что «хлеб» и «рыба» — слова, использованные скорее в аллегорическом, а не в буквальном смысле, что обычно для священных писаний. Хлеб — символ Христова тела, то есть божественной субстанции, а слово «рыба» было паролем ранних христиан, которым приходилось скрывать свою веру, чтобы избежать гибели. Буквы греческого слова ichtus — «рыба» — это также начальные буквы слов lesous Christos Theou Uios Soter («Иисус Христос, Сын Божий, Спаситель») 19. Поэтому рыба для христиан — мистический символ, и ее изображение до сих пор можно увидеть в римских катакомбах. Очень важно, что в первых манускриптах Нового Завета нет упоминания о рыбе: чудо описывается как раздача хлеба и фруктов, а не хлеба и рыбы. Только в позднейших списках Библии (после IV столетия) вместо фруктов появляется рыба. Синайский Кодекс — первая версия Библии, где в рассказе об этом чуде упоминаются рыбы. Тем не менее, многие не желают отказываться от традиционного примера с хлебами и рыбами. Таким людям следует напомнить, что, даже если сам Иисус и ел рыбу, он вовсе не разрешал другим делать то же самое во имя его. Христос жил среди рыбаков и проповедовал им. Как учитель, он должен был принимать в расчет образ жизни своих слушателей. Так, он велел своим ученикам оставить сети и сделаться «ловцами человеков», то есть проповедниками. И все-таки те, кто считает, что Христос ел рыбу, говорят: «Раз это делал Иисус, почему же мне нельзя?» Но когда мы вспоминаем о том, как Иисус погиб ради приумножения славы Божией, почему-то находится мало желающих последовать его примеру. ПАСХАЛЬНЫЙ АГНЕЦ Вce привыкли к изображению Христа как доброго пастыря и агнца Божия, но пасхальный агнец представляет собой проблему для христиан-вегетарианцев. Была ли Тайная Вечеря пасхальной трапезой, при которой Христос и апостолы вкушали плоть ягненка? Синоптические Евангелия (первые три) сообщают, что Тайная Вечеря произошла в ночь Пасхи; это означает, что Иисус с учениками ели пасхального агнца (Мф. 26:17, Мк. 16:16, Лк. 22:13). Однако Иоанн утверждает, что Вечеря произошла раньше: «Перед праздником Пасхи Иисус, зная, что пришел час Его перейти от мира сего к Отцу, ...встал с вечери, снял с Себя верхнюю одежду и, взяв полотенце, препоясался» (Ин. 13:1—4). Если последовательность событий была иной, то Тайная Вечеря не могла быть пасхальной трапезой. Английский историк Джеффри Радд в прекрасной книге «Зачем убивать ради пищи?» предлагает для загадки пасхального агнца такое решение: Тайная Вечеря произошла в четверг, распятие — на следующий день, в пятницу. Однако по еврейскому счету оба этих события случились в один день, поскольку у евреев началом нового дня считается закат предыдущего. Разумеется, это сбивает всю хронологию. В девятнадцатой главе своего Евангелия Иоанн сообщает, что распятие произошло в день приготовления к Пасхе, то есть в четверг. Позже, в тридцать первом стихе, он говорит, что тело Иисуса не оставили на кресте потому, что «та суббота была день великий». Другими словами, субботняя пасхальная трапеза на закате предыдущего дня, пятницы, после распятия. Несмотря на то, что первые три Евангелия противоречат версии Иоанна, которую большинство библеистов считает точным рассказом о событиях, в других местах эти версии подтверждают друг друга. Например, в Евангелии от Матфея (26:5) сказано, что священники решили не убивать Иисуса во время праздника, «чтобы не сделалось возмущения в народе». С другой стороны, у Матфея постоянно говорится, что Тайная Вечеря и распятие произошли в день Пасхи. К тому же, следует заметить, что по талмудическому обычаю запрещено вести судебные разбирательства и казнить преступников в первый, наиболее священный, день Пасхи. Поскольку день Пасхи так же свят, как суббота, евреи1 в этот день не носили оружия (Мк. 14:43, 47) и не имели права покупать саваны и травы для погребения (Мк. 15:46, Лк 23:56). Наконец, поспешность, с какой ученики похоронили Иисуса, объясняется их желанием снять тело с креста до начала Пасхи (Мк. 15:42, 46). Значимо само отсутствие упоминаний о ягненке: о нем ни разу не говорится в связи с Тайной Вечерей. Историк-библеист Дж. А. Глейзес предполагает, что, заменив плоть и кровь на хлеб и вино, Иисус тем самым возвестил о новом союзе Бога и человека, об «истинном примирении со всеми его созданиями» 20. Если бы Христос ел мясо, он сделал бы ягненка, а не хлеб, символом Господней любви, во имя которой агнец Божий искупил грехи мира собственной смертью. Все свидетельства указывают на то, что Тайная Вечеря была не пасхальной трапезой с неизменным ягненком, а, скорее, «прощальной трапезой», которую Христос разделил с любимыми учениками. Это подтверждает и покойный Чарльз Гор, епископ Оксфордский: «Мы признаем, что Иоанн верно исправляет слова Марка о Тайной Вечере. Это была не традиционная пасхальная трапеза, а прощальный ужин, последний Его ужин с учениками. Ни в одном рассказе об этом ужине не говорится о ритуале пасхальной трапезы» («Новый комментарий к Святому Писанию», ч. 3, с. 235) 21. ЗАКЛЮЧЕНИЕ В буквальных переводах раннехристианских текстов нет ни одного места, где бы принималось или поощрялось мясоедение. Большинство оправданий, придуманных поздними христианами для употребления мясной пищи, основана на неверных переводах или же на буквальном понимании христианской символики, которую нужно толковать в переносном смысле. Ключевой момент здесь, конечно, — интерпретация, и следует взвесить деяния Иисуса и его учеников, чтобы ПОНять, совместимы ли они с поеданием мяса. Далее, ранние христианские секты и отцы Церкви практиковали строгое вегетарианство. Таким образом, в точных переводах Библии, в широком контексте изречений Христа и открыто высказанных убеждениях ранних христиан мы видим всецелую поддержку вегетарианства. Этот идеал жизни в гармонии со всеми созданиями Божиими прекрасно выражен в стихотворении Вернера Бергенгруэра, где говорится о собаке, которая зашла в церковь во время мессы. Маленькая девочка, ее хозяйка, испугалась, расстроилась и кое-как вывела свою четвероногую подружку из храма. «Какой позор! — подумала она.— Животное в церкви!» Но Бергенгрузр указывает, что в церкви много животных: вол и ослица у ясель с Христом, лев у ног св. Иеронима, Ионин кит, конь св. Мартина, орел, голубь и даже змий. Животные улыбаются со всех картин и статуй в церкви, и смущенная девочка понимает, что ее любимица — одна из многих. Органист смеется и начинает петь: «Восхвалите Господа, все Его творения!» Такая хвала естественна, ибо в церковь, как и всюду, все живое приходит по воле Господа. Великий францисканский орден, к примеру, славил единение всех живых существ, подчеркивая, что все они имеют общего Творца. «Когда он (св. Франциск) думал о едином источнике всего сущего,— писал св. Бонавентура,— его еще более, чем всегда, наполняло благочестие, и он звал всех тварей Божиих, даже самых мелких, братьями и сестрами, ибо знал, что их создал Тот же, Кто создал и его самого» 22. Такова совершенная христианская любовь. http://www.vita.org.ru/veg/religion/rouzen.htm#hrist

Евангелие от Марии Евангелие от Марии дошло до нас на саидском наречии коптского языка (Берл. пап. 8502), в кодексе, который по своему содержанию прямо примыкает к рукописям из Наг-Хаммади: два произведения из четырех, заключенных в кодексе, сохранились также в собрании из Наг-Хаммади. Это —Апокриф Иоанна и "Мудрость Иисуса Христа" (другое название этого текста —"Евгност счастливый") . Евангелие от Марии, с которого начинается кодекс, привлекает внимание своим построением. Издавший памятник немецкий ученый В. Тилль настаивал на гетерогенности текста ', французский исследователь М. Тардье в книге "Берлинский кодекс" занял иную позицию: он категорически утверждал цельность евангелия '. Имеющийся в кодексе текст представляет собой коптский перевод с греческого оригинала, к сожалению частично утраченный. Не сохранилось начало евангелия (страницы 1 —6), нет также страниц 11 —14. Дошли страницы 7.1 —10, 23 и 15.1 —19.5. Помимо коптского перевода есть греческий фрагмент памятника в папирусах Рейланда, соответствующий страницам 17.4 —19.5 коптского папируса. Однако в основе коптского перевода, который, по мнению М. Тардье, восходит ко II в., была другая редакция евангелия, а не та, что представлена во фрагменте 111 в. Название текста —"Евангелие от Марии" —дано в конце его. Образ Марии Магдалины, первой, согласно Евангелию от Иоанна (20.11 —18), узревшей Иисуса воскресшим, занимает в новозаветной традиции особое место. В гностической литературе легенда о Марии Магдалине разрабатывалась широко и поразному. Епифаний упоминал апокрифические сочинения, связываемые с именем Марии: "Вопросы Марии" (Panarion. ХХVI.8.1 —2) и "Родословие Марии" (ХХVI.12.1 —4). Первый из этих текстов, вызывавший ужас своим кощунственным для христианина содержанием, был частично пересказан Епифанием. В нем Марии была отведена роль наиболее доверенного Иисусу лица. Возможно, как ответ на эту, выдержанную в весьма натуралистических тонах редакцию легенды сложилась иная —в строго аскетическом духе. Она отразилась в коптской рукописи, известной с ХVIII в. и удержавшей наименование, которое закрепил за ней ее первый исследователь,- "Пистис Софиа 4 Момент, к которому приурочено повествование Евангелия от Марии, приходится на отрезок между воскресением и воэнесением Иисуса. По мнению В. Тилля, памятник состоит из двух частей: в первой части, сохранившейся лишь со страницы 7, содержится учение явившегося ученикам Иисуса о материи, грехе, болезни и смерти (до конца страницы 9), во второй (с начала страницы 10 до 19.5) —Мария Магдалина повествует о своем видении Иисуса и о том, что Иисус открыл ей. Вторая часть также дошла с лакунами. Недосказанной остается мысль о главенствующей роли ума, срединного между душой и духом, у того, кто созерцает видение. После пробела в рукописи (страницы 11 —14) продолжена тема восхождения души, преодолевающей враждебные влас-и. Помимо этого документ содержит интересное обрамление —изложение беседы учеников Иисуса —Марии, Андрея, Петра, Левия. В обмене репликами раскрываются их разный склад и несходство во взглядах. Двухчастность памятника свидетельствует, по мнению В. Тилля, о существовании первоначально независимых друг от друга текстов, которые из-за их небольшого размера были затем соединены, хотя, собственно, ничего общего между собой не' имели '. В свою очередь М. Тардье, не отрицая двухчастности евангелия, обратил внимание на его единый план. По мнению М. Тардье, оно вписывается в религиозно-философские споры школы сирийского писателя конца II —начала III в. Вардесана (Бар-Дайсана) по вопросам природы и этики: "Кажется, что к древней традиции изречений Иисуса как будто прилепились звучные слова из недавнего спора" 6 Трудно не согласиться с доводами М. Тардье о единстве памятника. Но при отсутствии первых семи страниц рукописи кажется чересчур смелым утверждение, что там было учение о демиурге и творении '. Осторожность В. Тилля, не пытавшегося описать то, что не сохранилось, и опиравшегося в своем понимании произведения только на уцелевший текст ', представляется более надежной. Думается, что стержень памятника составляет тема спасительного для человека знания. Один за другим, как связанные с этой темой, освещаются вопросы материи, греха, болезни, смерти, отыскания внутреннего мира (хххххх), а затем преодоления душой враждебных ей властей. Сохранившийся на странице 7 конец размышлений о материи или подробности о властях, с которыми спорит душа в ее странствиях, даны не сами по себе, а в связи с темой спасительного знания. Как можно заметить по скупому перечню вопросов, затронутых в евангелии, оно, при его небольшом размере, содержательно и располагает к разнообразным сопоставлениям. Чтобы дать представление о возможностях, открывающихся перед исследователями памятника, ограничимся одним примером —разбором пассажа о восхождении души (15.1 —17.5). Наделенный чертами, присущими только ему, он может быть изучен как некое целое. В отличие от первой части евангелия, передающей наставления Иисуса ученикам, отрывок о восхождении души включен в рассказ Марии. Она повествует, как узрела Иисуса в видении и удостоилась его похвалы. Затем, пересказав свой вопрос, обращенный к Иисусу, душой или духом созерцает человек видение, Мария приводит его ответ. Здесь текст прерывается. Мы лишены возможности установить последовательность, в которой возникает новая тема —о восхождении души. Страница 15 рукописи сразу вводит читателя в спор души со второй властью из четырех. В виде диалога переданы вопросы властей и ответы души. Его сопровождают краткие пояснения. После заключительных слов души в рукописи следует: "Сказав это, Мария умолкла, так как Спаситель говорил с ней до этого места" (17.7 —9) . Отсюда ясно, что рассказ о восхождении души и спорах ее с властями, вложенный в евангелии в уста Иисуса, передан ученикам услышавшей его от Иисуса Марией. Обратим внимание на то, что излагаемое в пассаже знание несколько иного порядка, чем в первой части произведения. Там его, как это явствует из текста, Иисус поведал сам своим ученикам, и оно прямо относилось к земной жизни человека. Здесь же оно было открыто только ближайшему из учеников —Марии и касалось участи души, освобожденной от телесных уз. Напрашивается мысль о большей эсотеричности этого знания. Одновременно с переходом к его изложению меняется в евангелии и стилистика. Это уже не род катехизиса, предлагаемый в первой части. Тот, кто воспринимает текст, становится сам как бы участником событий —спора души с властями. Душа побеждает в нем всякий раз, превращаясь из ответчицы ь обличительницу. Диалог души с властями несколько напоминает разгадывание культовых загадок '. Описание переводится с одного смыслового уровня на другой —глубинный уровень гностических значений. Он проступает в ответах души. Но они не просто заключают в себе описание ситуации в новых терминах. Обнаруживаемое в этих ответах знание соответствует некоему онтологическому сдвигу, сопровождаемому возвышением души, ее переходом в новое состояние. Присмотримся к тексту отрывка. Столкновение души со второй властью, вожделением, с чего начинается пассаж, обнаруживает, что эта власть, посягающая на душу, винящая ее, сама оказываешься изобличенной ею в своем заблуждении. Душа говорит: "Я узрела тебя. Ты меня не узрела, и ты меня не узнала. Я была для тебя как одеяние, и ты меня не узнала" (15.6 —8). И как результат следует: "Сказав это, она (т. е. душа) пошла своей дорогой в великом ликовании" (15.9) . То же повторяется с третьей властью, незнанием: "И душа сказала: "Почему ты судишь меня, хотя я не судила? Я была схвачена, хотя я не схватила. Меня не познали, а я, я познала, что все подлежит высвобождению, будь то вещи земные, будь то небесные" (15.16 —16.1) . И снова: "Устранив третью власть, душа поднялась выше..." (16.1 — 3). Наконец, последний обмен репликами между четвертой властью (гневом в семи формах) и душой. Эта часть диалога особенно примечательна. Спрашивая душу, куда та направляется, власть называет ее "убивающей людей", "поглощающей пространства" (16.15 —16). Отвечая, душа не оставляет без внимания эти упреки. Она отводит удар, поясняя: "Что хватает меня, убито; что опутывает меня, уничтожено" (16.17 —19), переводит брошенное ей обвинение в другую плоскость. Что же касается второго прозвища ("поглощающая пространство"), то и на него есть отклик в реплике души. Она так говорит теперь о себе, что ее спор с властями видится в ином свете, а именно как событие ее внутренней жизни: "...вожделение мое пришло к концу, и незнание умерло... Узы забвения временны..." (16.19 —17.7). Власти, которые поначалу рисуются как внешние относительно души, так же как и путь восхождения, наводящий на мысль о преодоленном пространстве, обретают новый смысл. Речь идет о противоборстве качеств в человеческой душе, об очищении ее, избавлении от того несовершенного, что было в ней ("вожделение мое пришло к концу") . Реплика души, обращенная к третьей власти ("Почему ты судишь меня, хотя я не судила? Я хотела схватить, хотя я не схватила" —15.17 —19), видимо, означает следующее. Душа лишь постольку может быть схвачена и судима, поскольку сама причастна подобной активности. Заметим, что власти, с которыми встречается душа, носят имена, характеризующие человеческие свойства: вожделение, гнев, невежество. В работах, посвященных евангелию, их называют властями небесных сфер Это вводит отрывок в контекст космологических тем. Но особенность пассажа в том и состоит, что сюжеты, относящиеся к взаимоотношениям души с внешним миром, получают новое звучание, интериоризуются —и вот они уже оборачиваются картиной внутренней жизни человека, его ведения или неведения. Мы наблюдаем экстатирующее сознание, обращенное на самое себя, с которым в большей или меньшей степени связаны гностические поиски. Рассмотренный текст подводит к полноте гносиса, где внешнее по отношению к душе раскрывается как ее внутреннее. Победа над внешними властями сливается с ее внутренней победой, освобождением, исчезновением страстей, незнания, забвения. Открывается перспектива, на которую в тексте указывают такие понятия, как;"покой",;"вечность", "молчание". Не вполне ясно, о чем идет речь в изучаемом пассаже: об участи души после смерти (так полагают В. Тилль и М. Тардье) или о ее просветлении, когда она, верная гносису, своей отрешенностью от телесных соблазнов оказывается способной достичь состояния, описываемого в документе. Неясность не кажется случайной, если вспомнить другой гностический памятник —Евангелие от Филиппа, где сказано: "Того, кто получил свет сей, не видят и не смогут схватить. И никто не сможет мучить такого (человека), даже если он обитает в мире, а также, когда он уходит измира" (изречение 127) Как следует из этих слов, на том высоком уровне просветленности, о котором говорится в тексте, естественная смерть человека перестает быть решающим рубежом. Полнота гносисы доступна человеку, "даже если он обитает в мире". Пассаж из Евангелия от Марии во многом перекликается и с Апокрифом Иоанна. Еще В. Тилль отметил сходство этих двух произведений в именах властей. На сравнение напрашивается часть апокрифа, посвященная тому, что ожидает души. В обоих памятниках встречаются понятия покоя и молчания, несущие столь важную смысловую нагрузку. И там и тут говорится о путах забвения и незнании, хотя и в разных планах: апокриф включает это в ответ на вопрос о происхождении судьбы, в евангелии же об этих путах говорит избавляющаяся от них душа. Как уже было сказано, легенда о Марии Магдалине известна в гностической литературе в разных редакциях. Евангелие от Марии своей сдержанностью по отношению к роли Мар!ли напоминает новозаветную традицию. Тем не менее и в текстах совсем иного толка, на которые ссылается Епифаний, уловимы точки соприкосновения с Евангелием от Марии. Например, в части "Панариона", посвященной ереси гностиков (они у Епифания выделены наряду с василидианами, николаитами, карпократианами, керинфианами, валентинианами и т. д.), говорится об архонтах семи небес и о том, каким образом "души спасаются". "Душа, исходя отсюда, проходит через этих архонтов и не может не пройти, если не будет сколько-нибудь в полноте знания, или, —добавляет от себя Епифаний,- лучше сказать, сего незнания, и исполненная им, не избежит рук архонтов и властей" XXVI.10) . Однако дальнейшее разъяснение этого "знания" ("незнания") не напоминает пассажа из Евангелия от Марии. В другом месте Епифаний пишет: "Под именем же святого ученика Филиппа выдают подложное евангелие; в нем говорится: "Открыл мне Господь, что душе должно говорить при восхождении на небо и как отвечать каждой из высших сил"; именно говорит она: "Познала я сама себя... Я знаю о тебе,продолжает она,- кто ты, ибо принадлежу к высшим..."" (ХХVI.13). Но и этот текст, в известной мере ассоциируемый с Евангелием от Марии, перемежается подробностями, не имеющими общего с последним, уводит Епифания к толкованию, не приложимому к коптскому документу. Пассаж из евангелия располагает к сопоставлениям не только с гностической традицией. Типологически он в той или иной мере близок памятникам разных культур. Тема восхождения души, сопровождаемого столкновением со злыми силами, проступающее в диалоге разгадывание загадок, форма, тяготеющая к ритмическим эффектам, позволяют смотреть на текст как на цельный, в своих истоках, быть может, восходящий к обрядам посвящений. Но вернемся к вопросу, поставленному в начале очерка —о монолитности и гетерогенности апокрифа. Каким бы своеобразным и цельным ни представлялся исследованный выше отрывок, налицо его тесная связь с другими частями памятника. Тема внутреннего очищения человека, организующая пассаж о восхождении души, напоминает первые поучения в евангелии —о грехе, болезнях, смерти (7.13 —8.10) . Слова Спасителя, следующие затем ("Мой мир, приобретите его себе! Берегитесь, как бы кто-нибудь не ввел вас в заблуждение, говоря: "Вот, здесь!" или "Вот, там!" Ибо Сын человека внутри вас. Следуйте за ним!") (8.14 —20) выдержаны в том же ключе, что и пассаж —напряженного внимания к внутренним ценностям. Эти слова в свою очередь перекликаются с изречениями 2 и 117 Евангелия от Фомы как своей формой, так и содержанием. В одних и тех же словах выражена в начале евангелия мысль о разрешении: "Все существа, все произведения, все творения пребывают друг в друге и друг с другом; и они снова разрешатся в их собственном корне. Ведь природа материи разрешается в том, что составляет ее единственную природу" (7.3 —8),- и в заключительных репликах души из отрывка: "Меня не познали, я же, я познала, что все подлежит разрешению, будь то вещи земные, будь то небесные" (15.20 —16.1); "В мире я была разрешена от мира (вар.: миром) и в отпечатке отпечатком свыше" (16.21 —17.3). Евангелие от Марии Страницы 1 —6 отсутствуют 7 ...] Материя тогда разрушится или нет? Спаситель сказал: :"Все существа, все создания, все творения пребывают друг в друге и друг с другом; ""и они снова разрешатся в их собственном корне. Ведь природа материи разрешается в том, что составляет ее единственную природу. Тот, кто имеет уши слышать, да слышит!" '"Петр сказал ему: "Коли ты разъяснил нам все вещи, скажи нам еще это: что есть грех мира?" Спаситель сказал: "Нет греха, но вы те, кто делает грех, когда "вы делаете вещи, подобные природе разврата, которую называют "грех". Вот почему благо сошло в вашу среду к вещам всякой природы, дабы направить ее к ее корню". Далее он продолжил и сказал: "Вот почему вы болеете и умираете, ибо 8 вы [любите] то, что [ вас] обманывает. Тот, кто постигает, да постигает! Материя породила страсть, не имеющую подобия, которая произошла от чрезмерности. Тогда возникает смятение во всем теле. Вот почему я сказал вам: Крепитесь, и, если вы ослабли, крепите же себя пред разными формами '"природы. Тот, кто имеет уши слышать, да слышит!" Сказав это, блаженный простился со всеми ими и сказал: "Мир (хххххх) вам! Мой мир (хххххх), 15 приобретите его себе! Берегитесь, как бы кто-нибудь не ввел вас в заблуждение, говоря: "Вот, сюда!" или "Вот, туда!" Ибо Сын человека внутри вас. Следуйте 20 за ним! Те, кто ищет его, найдут его. Ступайте же и проповедуйте евангелие царствия. Не [9) ставьте предела кроме того, что я утвердил вам, и не давайте закона как законодатель, дабы вы не были схвачены им". 5 Сказав это, он удалился. Они же были в печали, пролили обильные слезы и сказали: "Как пойдем -мы к язычникам и проповедуем евангелие царствия Сына 10 человека? Если они не сберегли его, как они сберегут нас?" Тогда Мария встала, приветствовала всех их и сказала своим братьям: "Не плачьте, 15 не печальтесь и не сомневайтесь, ибо его благодать будет со всеми вами и послужит зашитой вам. Лучше же восхвалим его величие, ибо он 20 приготовил нас и сделал нас людьми". Сказав это, Мария обратила их сердца ко благу, и они начали рассуждать о словах Спасителя. [10] Петр сказал Марии: "Сестра, ты знаешь, что Спаситель любил тебя больше, чем прочих женщин. Скажи нам слова Спасителя, которые ' ты вспоминаешь, которые знаешь ты, не мы, и которые мы и не слышали". Мария ответила и сказала: "То, что сокрыто от вас, я возвещу вам это". И она начала говорить им 10 такие слова: "Я, —сказала она, —я созерцала Господа в видении, и я сказала ему: "Господи, я созерцала тебя сегодня в видении". Он ответил и сказал мне: "Блаженна ты, ибо ты не дрогнула 15 при виде меня. Ибо где ум, там сокровище". Я сказала ему: "Господи, теперь скажи: тот, кто созерцает видение,- он созерцает душой [или] духом?" Спаситель ответил мне и 20 сказал: "Он не созерцает душой и не духом, но ум, который между двумя,- и [тот, который созерцает видение, и он [тот (Страницы 11 —14 отсутствуют) [15] его. И вожделение сказало: "Я не увидела тебя нисходящей,но теперь вижу тебя восходящей. Почему же ты лжешь, 5 принадлежа мне?" Душа ответила и сказала: "Я увидела тебя. Ты меня не увидела и меня не узнала. Я была Для тебя как одеяние, и ты меня не узнала". Сказав это, она удалилась в великом ликовании. 10 Снова она пришла к третьей власти, именуемой "Незнание". Она спросила душу, сказав: "Куда ты идешь? Лукавство 15 схватило тебя. Но ты схвачена. Не суди! " И душа сказала: "Почему ты судишь меня, хотя я не судила? Я была схвачена, хотя не схватила. Меня не 20 познали, я же, я познала, что все подлежит разрешению, будь то вещи земные, 16] будь то небесные". Устранив третью власть, душа поднялась выше и увидела четвертую власть в 5 семи формах. Первая форма —это тьма; вторая —вожделение; третья —незнание; четвертая —смертная ревность; пятая —царствие плоти; !0 шестая —лукавство плоти; седьмая —яростная мудрость. Это семь господств гнева. Они вопрошают душу:;"Откуда идешь ты, убивающая людей?" —15 или::"Куда направляешься ты, поглощающая пространства?" Душа ответила и сказала: "Что хватает меня, убито; что опутывает меня, уничтожено; вожделение мое 20 пришло к концу, и незнание умерло. В [мире] я была разрешена [17] от мира (вар.: миром) и в отпечатке отпечатком свыше. Узы забвения временны. отныне я достигну покоя времени, вечности, в молчании". Сказав это, Мария умолкла, так как Спаситель говорил с ней до этого места. 10 Андрей же ответил и сказал братьям: "Скажите-ка, что вы можете сказать по поводу того, что она сказала. Что касается меня, я не верю, что Спаситель это сказал. Ведь эти учения 15 суть иные мысли". Петр ответил и сказал по поводу этих самых вещей. Он спросил их о Спасителе::"Разве говорил он с женщиной втайне 20 от нас, неоткрыто? Должны мы обратиться и все слушать ее? Предпочел он ее более нас?" [18] Тогда Мария расплакалась и сказала Петру: "Брат мой Петр, что же ты думаешь? Ты думаешь, что я сама это выдумала в моем 5 уме или я лгу о Спасителе?" Левий ответил и сказал Петру: "Петр, ты вечно гневаешься. Теперь я вижу тебя состязающимся с женщиной как противники. 10 Но если Спаситель счел ее достойной, кто же ты, чтобы отвергнуть ее? Разумеется, Спаситель знал ее очень хорошо. Вот почему он любил ее 15 больше нас. Лучше устыдимся! И облекшись совершенным человеком, удалимся, как он велел, и проповедуем евангелие, не ставя 20 другого предела, ни другого закона, кроме того, что сказал Спаситель". Когда (19] [...] и они начали уходить, [дабы про] возглашать и проповедовать. Евангелие от Марии

Ориген ок. 185 г. - 254 г. Всего полтора столетия минуло со времени принятия Иисусом Христом крестных мук, а ясное чистое учение Его уже затуманено лжетолкователями, уже растет власть отцов церкви, извращающих евангельские заветы в своем стремлении к власти над умами и душами людей. Уже ждет Земля нового Светоча, который примет на себя бремя водительства на пути к Богу. Этим новым ярким светочем стал Ориген. Ориген родился в Александрии приблизительно в 185 году в греческой семье, принявшей христианство. От своего отца Леонида, учителя грамматики христианского училища, он получил хорошее образование. В 202 году семью постигло горе - во время жестких гонений на христиан при императоре Септимии Севере, Леонид был заключён в тюрьму и вскоре казнён. Юный Ориген, горячо любивший своего отца и видевший высшее счастье человека в мученичестве за веру, пытался даже добровольно сдаться властям, чтобы разделить участь Леонида. Матери с великим трудом удалось удержать сына от этого шага. Казнь Леонида и последовавшая за ней конфискация имущества поставили 17-летнего Оригена перед проблемой содержания большой семьи - матери и шестерых младших братьев. Он начинает давать уроки грамматики и риторики и вскоре избирается в наставники знаменитой кахетической школы в Александрии. Преподавание и первые сочинения на богословские темы принесли Оригену обширную известность, что побуждало обращаться к нему за советом из отдалённых местностей и вызвало два его путешествия - в Рим и в Аравию. В 209-210 годах Ориген слушал лекции основателя неоплотонической школы в Александрии Аммония Сакка, безусловно, оказавшие немалое влияние на его философию. Во время гонения на Александрийскую школу при императоре Каракалле (216 год), почитатели уговорили Оригена удалиться в Палестину, где два преданные епископа Александр Иерусалимский и Феоктист Кесарийский дали ему приют. По их настоянию Ориген, не имевший церковного сана, разъяснял Священное Писание перед многочисленными собраниями верующих в храмах. Это вызвало негодование александрийского епископа Дмитрия, заставившего Оригена вернуться в Александрию. С 217 года в течение 10 лет он занимался преподаванием и одновременно писал богословские и философские сочинения. В 228 году Ориген был вызван по церковным делам в Грецию и на обратном пути принял в Кесарии рукоположение в пресвитеры от епископов Александра и Феоктиста. Разгневанный этим епископ Дмитрий на двух местных соборах осудил Оригена, объявив его недостойным звания учителя и лишив пресвитерского сана. Сообщив этот приговор через окружное послание прочим церквям, Дмитрий получил согласие всех, за исключением палестинских, финикийских, аравийских и ахайских. Акты египетских соборов не сохранились, по существующим же свидетельствам основанием для приговора кроме вины “проповедания мирянина в присутствии епископов” служило принятие рукоположения от посторонних иерархов и “некоторые неправославные мнения”. С этого времени (231 г.) начинаются постоянные гонения на Оригена, его преследуют обвинения и клевета. Но ничто не смущает его. Он переносит свою деятельность в Кесарию Палестинскую, куда вслед за ним переселяются многочисленные его ученики. Ориген не перестает совершать поездки, всюду ведя проповедническую деятельность, участвует в богословских диспутах, где ему удается обратить в истинное христианство часть из своих оппонентов, приверженцев учений об одновременной смерти души и тела и одновременном воскрешении их. В Ботре (Арарвия) Ориген обращает на истинный путь местного епископа Берилла, неверно учившего о лице Иисуса Христа. По приглашению Юлии Маммен, матери императора Александра Севера, он посещает её в Антиохии и дает наставления в вере". Новая волна гонения на христианство поднимается в 236 году. Многие из друзей и сподвижников Оригена оказываются в тюремном застенке. В своем “Увещевании к мученичеству” Ориген старается поддержать дух мучеников за веру, отвратить их от самой мысли об отречении от Христа: “Преследуемый за веру под пытками теснейшим образом соединяется с тем, кого он публично исповедует”. "Если мы желаем свою душу, дабы её снова получить не в виде души, а в лучшем виде, то должны мы потерять её в мученичестве. Если мы сложим душу с стопам Христа, то доставим ей истинное спасение.” Подвергая себя смертельной опасности, Ориген сопровождал приговоренных к месту казни, поддерживая их пламенем своего сердца. Он заботился о семьях казненных и томящихся в тюрьмах христиан. Чаша мученичества за веру не миновала и самого Оригена. На 70-м году жизни Тире он был арестован, закован в цепи и подвергся тяжким истязаниям и хотя впоследствии его выпустили на свободу, из-за перенесенных пыток он скончался в 254 году. Тело его было погребено в Тире в храме Христа Спасителя. Жизнь Оригена была всецело отдана несению людям света учения Христа и защиты его от лжетолкования. Материальная сторона жизни была сведена им к минимуму; он мало спал, часто постился; с аскетизмом сочетал благотворительность, особенно заботясь о пострадавших во время гонений и их семьях. Главные свои труды Ориген направил на изучение Библии, как писания, содержащего в себе Божественные откровения. Им был выполнен колоссальный труд - гекзапла - сравнительное исследование различных редакций текста Ветхого Завета. На основании сличения этих редакций, Ориген пытался установить критически проверенный текст Ветхого Завета. Труд этот хранился в Кесарии до 653 года, когда он был сожжён при взятии города арабами. Для греческих и восточных богословов гекзапла Оригена в течение четырех веков служила основным источником библейской эрудиции. Литературно-философское наследие Оригена исчисляется тысячами книг. К сожалению, очень немногое сохранилось до наших дней. На русском языке в XIX веке были изданы лишь “Трактат о молитве”, “Слово увещательное к мученичеству” и трактат “О началах”, где Ориген изложил свои взгляды на основные предметы веры. Источником истинного познания Ориген считал откровения Иисуса Христа, который, как Слово Божие, говорил и до своего личного появления - через Моисея и пророков, и после - через апостолов. Данное откровение содержится в Священном Писании, но познание его истинного смысла дано лишь умам подготовленным к принятию истинной мудрости. Все положения своей доктрины Ориген доказывает опираясь именно на Священное Писание, при чем не столько на “букву”, сколько на “душу и дух” последнего, отвергая попытки буквального понимание некоторых мест Ветхого и Нового Заветов и настаивая именно на нравственном и назидательном смысле. Он учил, что в отличие от ранее приносимых учений, христианство не различало в явном виде знания, даваемые массам и посвященным; Библия сочетает в себе как экзотерическое, так и эзотерическое знание; глубина восприятия этого знания зависит от степени подготовленности человека, от его “духовной зрелости”. Отмечая непререкаемость основных пунктов вероучения, Ориген убедительно показывает глубинный смысл таких высоких понятий, как Бог, Иисус Христос, Дух Святой, душа человеческая. Сотворение мира богом Ориген трактовал, как вечно длящийся акт: прежде этого мира были другие и после него были и будут другие миры. В Учении о Боге он настаивает особенно на бестелесности Божества, доказывая, что Бог есть свет не для глаз, но для ума, Им просвещенного. “Бога не должно считать каким-то телом или пребывающим в теле, но - просто духовной природой, не допускающей в себе никакой сложности”. Создав этот мир по образу и подобию своему, Бог наделил души свободною волей. Именно движимые свободною волей одни души устремлялись к добру и свету и образовали “чин ангелов”, другие решительно отвратились от Бога, став злыми демонами, и наконец третьи, в которых противоположные устремления находились в некотором равновесии, стали человеческими душами. И так как природе Бога не свойственно действовать тиранически, то для спасения человеческих душ допускаются лишь такие средства, которые естественным путем испытания последствий совершаемого зла и постоянным внушением лучшего приводят падших к обращению и возвышению. Свобода воли никогда не утрачивается разумными существами, вследствие чего они всегда могут подняться из самого глубокого падения. На этом фоне особым светом выделяет Ориген образ Христа. Христос, по его мнению, - это соединение Божественного Отца с совершенным человеком, душа которого никогда не охладевала в своей пламенной любви к Богу. С поразительной ясностью и смелостью показывает Ориген действие закона кармы, как при рождении, так и при переходе в мир бестелесный, показывая, что есть адские муки и как “каждый грешник сам для себя зажигает пламя собственного огня”. Он пишет: “Степень предшествующих заслуг всегда служит основанием будущего состояния и, таким образом, бессмертным и вечным судом правды... бессмертная душа приводится к высшему совершенству... Одни души назначаются для почетного, другие для низкого употребления, это есть следствие предшествующих заслуг или преступлений их”. Центральной мыслью у Оригена является окончательное просветление и воссоединение всех свободно-разумных существ с Богом (учение о апокатастасисе). Христианские теологи резко осуждали Оригена за это “еретическое” учение и за включение в состав христианского учения “несовместимых” с ним тезисов античной философии о предсуществовании душ. В VI веке император Юстиниан возбудил формальный процесс против Оригена по обвинению его в 10-ти ересях. Вследствие этого процесса на шестом константинопольском соборе в 543 году Ориген был объявлен еретиком , а труды его подлежали уничтожению. Однако авторитет Оригена не был уничтожен, влияние его идей испытали многие мыслители средневековья. В современную эпоху начинает пробуждаться интерес мыслящих людей к источникам знаний о христианской вере, среди который огромное значение имеют труды Оригена. “...западная церковь принялась за изучение его трудов, ибо наиболее просвещенные церковники поняли, что они зашли в тупик со своими мертвящими догмами ... Истинно, если бы наши отцы церкви последовали примеру западного духовенства и принялись за изучение трудов Великого Оригена, этого истинного светоча христианства, и догмы церковные отпали бы, как оковы и скопы железные, и церковь, тело Христово, истинно, восстало бы из гроба”.

Алексей Кольцов Отблески понятия о Троице в гностическом "Евангелии Истины" -------------------------------------------------------------------------------- Местоположение: http://mirosvet.narod.ru/ak/eirm.htm Дата: 29.10.2003 -------------------------------------------------------------------------------- Древний гностический апокриф "Евангелие Истины" найден в "библиотеке" рукописных кодексов, обнаружившейся близ селения Наг-Хаммади (Египет) в 1945 году. Текст представляет собой коптский перевод с первоначального греческого. Св. Ириней Лионский (II век) в трактате "Против ересей" сообщает, что валентиниане "дошли до такой степени дерзости, что свое недавнее сочинение назвали Евангелием Истины". По содержанию апокриф действительно схож с изложением системы Валентина Иринеем, но не тождественен ей (несколько иная иерархия Эонов, падший Эон называется Ошибкой, а не Софией и т.д.). Вероятно, это творение ближайших по времени последователей Валентина, но есть и такое мнение, что "Евангелие Истины" могло быть написано самим Валентином, а то, что излагает Ириней, следовательно, оказывается одной из версий, ходивших в круге валентиниан. Система Валентина приближается к каноническому христианству ближе, чем другие школы гностиков. О Валентине очень высоко отзывался Вл. Соловьёв. В статье для энциклопедии Брокгауза и Ефрона он писал: "Валентин, самый значительный гностический философ и один из гениальнейших мыслителей всех времен..." Положительно относится к Валентину и Даниил Андреев, на страницах "Розы Мира" называя его в числе тех великих имён прошлого, в чьих прозрениях слышит голоса откровения новое религиозное восприятие, превосходящее рамки старых христианских конфессий. Одно примечательное место в "Евангелии Истины" прямо соответствует известным по каноническому Евангелию от Иоанна словам Христа "Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни" (Ин 8:12), "Я есмь путь и истина и жизнь" (Ин 14:6): "[...] Евангелие [...] просветило тех, кто из-за Забвения пребывали во тьме. Он просветил их; он показал (им) путь. А путь этот – Истина, которой он учил их". Согласно "Розе Мира" Пресвятая Троица понимается как Отец, Приснодева-Матерь, Сын(Логос). Причём из текста книги можно обосновать, что самый общий смысл ипостасей Бога определённо связан с тремя сферами, на которые подразделяется любое сознание: воли, чувств ("сердца") и разума. Приведём самое интересное место в "Евангелии Истины" для сопоставления с РМ: "Таким вот образом Слово Отца и входит во Всеобщность, подобно плоду Его сердца и выражению Его воли. Но оно поддерживает (обитателей) Всеобщности, очищая их, принося их назад к Отцу, к Матери, к Иисусу Бесконечного Блаженства." Воля + сердце → Слово(Логос); Отец, Мать, Иисус. Здесь "сердце" и "воля" (а также само Слово) отнесены к Отцу. Следует иметь в виду, что "Отец" означает и целостного Бога (в большинстве случаев), и самое первое Его начало (когда подразумевается различение с другими началами, а не рассмотрение их как "атрибутов"). Что касается титула "бог", то его гностики относили к низшему творцу материального мира, но не к тому Небесному Отцу, во имя которого приходил Христос. Ещё одно место: "..Воля – то, в чём покоится Отец и то, чему радуется он" "Отец" читаем как "Бог", радуется – чувство. * * * "... Он открыл Слово, изошедшее первым, вместе с Разумом, говорящим это Слово в Безмолвной Милости." Параллель из РМ: "Планетарный Логос – великая богорождённая монада [...] выражает собою, как Слово выражает Говорящего, одну из ипостасей Троицы: Бога-Сына." Бога-Сына Даниил Андреев также называет "Логосом Вселенной" и "Разумом Вселенной". Итак, Разум и Слово изошли первыми. Надо иметь в виду, что у гностиков-валентиниан Эоны как правило были парными (сизигии, двоицы). С точки зрения РМ, сам схематический принцип, конечно, надуманный, но результат достигнут правильный: Бог-Сын(Разум, Говорящий) → Христос(Слово). Откуда изошли Разум и Слово? Из самой начальной двоицы. Общая иерархия Эонов, как она описывается в "Евангелии Истины", примерно такова: Глубина → Мысль / параллель: Отец + Приснодева-Матерь Разум → Слово / параллель: Сын → Христос Мудрость (обдумывала Слово) → Учение Гнозис → Воздержание (венец Гнозиса) Радость (в гармонии с Воздержанием) + Слава Образ + Отдохновение Любовь + Верность ... Святой Дух → Истина * * * Согласно изложению системы валентиниан Иринеем Лионским первая сизигия та же, что и в "Евангелии Истины" (Глубина → Мысль), а дальше начинаются различия... Причём, Мать-Мысль называется также Благодатью и Тишиной, и это женское начало, тогда как Глубина (βυθως) – мужское. Троица определена очень чётко: "На недосягаемой и невыразимой высоте, как говорят они, существует совершенный и предвечно сущий Эон, который зовется Первоначалом, Праотцом и Бездонным (βυθως) ... Он необъятен и невидим, вечен и нерожден, и пребывает и тишине и покое несчетное количество веков (эонов). Его Мысль (εννοια), которую они называют также Благодатью (χαρις) и Тишиной (σιγη), существует вместе с ним." "Когда же этот Бездонный задумал произвести из себя начала всего, он поместил в матку – Тишину, которая была с ним, – семя всего, что было им задумано. Восприняв это семя, Тишина зачала и родила Ум (νους), (сущность) во всем подобную и равную его породившим, которая одна только в силах охватить величие своего Отца. Этот Ум называется Единородным, Отцом и Началом всего." Хотя и в форме, несколько сниженной антропоморфическим элементом (надо ещё помнить, что это не более чем пересказ Иринея), но по сути речь здесь идёт о рождении Бога-Сына, который становится началом всего последующего и называется Отцом (в смысле – Богом, см. ниже). Интересный отрывок находим также в другом трактате, в "Опровержении всех ересей" Ипполита Римского: "Некоторые из них, стремясь превратить доктрину Валентина в чистый пифагореизм, считают, что Отец этот не содержит в себе ничего женского, не связан никакими узами (брака) и (абсолютно) один. Другие же, полагая, что мужское начало не в силах самостоятельно произвести что-либо, прибавляют к нему Тишину, как его супругу, для того, чтобы он смог стать Отцом. Что касается этой Тишины, супруга она ему или нет, пусть они сами разбираются..." Недостаток схемы, пересказываемой Иринеем, по сравнению с "Евангелием Истины" в том, что Ум и Слово не принадлежат одной двоице, и потому возникают "лишние" парные Эоны: для Ума – Истина, для Слова – Жизнь. Кроме того, Эоны "Слово" и "Христос" оказываются не тождественны, и совместную двоицу с Христом составляет Святой Дух, очевидно понимаемый как дополнительный Христу женственный Эон (традиция, берущая начало в особенностях древнееврейского языка, тогда как в греческом "Дух" – среднего рода). А вот в "Евангелии Истины" как будто бы нет принципа обязательной противоположности мужского и женского в двоицах, сам принцип эманации двоицами не выдержан последовательно, и Святой Дух не рассматривается как сущность женственная, поскольку составляет пару с женского рода Истиной. * * * Возвратимся к тексту "Евангелия Истины". "Отец открывает свои глубины. – Ныне же его глубины суть Дух Святой." "Дух Святой ... он – проявление Отца и Его Откровение Его Эонам." Это о Святом Духе. Отец здесь означает Бога в целом, но определённая близость к ипостасному отождествлению Святого Духа с первым Лицом Троицы (согласно РМ) есть, поскольку упомянуты "глубины", а Глубина – из первой сизигии, по сути – первая ипостась Троицы. "Ныне же Имя Отца – Сын. Именно Он (Отец) первым дал имя изошедшему из Него (из Отца), который был им самим, и он породил его как Сына. Он дал ему имя его, принадлежавшее Ему. Он – тот, кому принадлежит всё сущее вокруг Него, Отец. Это Имя – Его; Сын – его." Фактически следует читать: "Ныне же имя Бога – Сын ... Бог дал имя изошедшему из Него, который был Им самим". Это было написано раньше, чем в каноническом христианстве родилась концепция единосущия Отца и Сына. Разумеется, иерархия Эонов – нечто совсем иного плана нежели "три сферы сознания". Поэтому не должно удивлять, например, что Мать названа Мыслью. Это следствие пристрастия эллинистической философии к интеллектуалистскому пониманию последовательности эманаций Единого. Важно однако, что правильное понимание удивительным образом проступает в "Евангелии Истины", отчасти за счёт видоизменения иерархии Эонов, отчасти вне связи с этой иерархией, поверх неё и даже вопреки ей.

"Отец небесный, да святится имя, С которым на земле наступит царство, Где твоя воля встанет над другими; Дай хлеб насущный, нам не нужны яства; Прости долги нам, как прощаем сами Мы должников своих открытыми сердцами; Не искушай, избавь от всех лукавых; Пусть в царствии твоем пребудет слава." (Евангелие от Иуды Искариота, 1190. Поэтическая обработка А.Б.Черных)

Не исключено, что предположительно в 64–65 гг.[1] апостол Иоанн Зеведеев за свое миссионерство был сослан римскими властями на остров Патмос (Отк.1:9)[2], потом, быть может, при императоре Нерве (96–98) (Eus.HE.III.20:8-9), переселился в город Эфес (Eus.HE.III.20:9)[3] — в столицу провинции Асия в Малой Азии — и умер своей смертью в правление Траяна (98–117) (Iren.Haer.II.22:5) — по словам Иеронима, на шестьдесят восьмом году после Страстей Господних (Hier.De viris ill.9). Поликарп (Πολύκαρπος), близкий ученик Иоанна, часто ссылавшийся на синоптиков, в своем Послании к филиппийцам не делает и намека на то, что он знаком с Евангелием от Иоанна. Папий, также примыкавший к школе Иоанна и если не бывший его ученик, как утверждает Ириней (Iren.Haer.V.33:4), то много общавшийся с его непосредственными учениками, — Папий, собиравший устные рассказы, касавшиеся Иисуса, не говорил, насколько известно, ни единого слова о «жизни Иисуса», написанной апостолом Иоанном, а это — факт тем более значительный, что Папий, будучи малоазийским епископом и приятелем Поликарпа (Iren.Haer.V.33:4), мог бы иметь подробные сведения об апостоле, который много лет прожил в Эфесе. Юстин, возможно, знал четвертое Евангелие (Just.Apol.I.32,61; Dial.88), но, вероятно, не смотрел на него как на апостольское произведение, ибо во всех вопросах, где синоптики и четвертое Евангелие представляют отличие, он принимал точку зрения, противоположную последнему. У Юстина, как и в Евангелии от Иоанна, Логос является божественным началом в Христе, однако у Юстина еще не встречается столь характерное для четвертого Евангелия слово Парáклетос[4], под которым подразумевается святой дух. Первое упоминание, что апостол Иоанн написал в Эфесе свое Евангелие, относится к 70-м годам II века. Так, Ириней после упоминания, что Лука записал со слов Павла свое Евангелие, утверждает: «Затем Иоанн, ученик Господа, возлежавший у Него на груди (Ин.13:23,25; 21:20. — Р.Х.), написал Евангелие, пребывая в Эфесе Асийском»[5]. Однако Ириней не поясняет, слышал ли он про это от Поликарпа, своего учителя и ученика Иоанна (Iren.Haer.II.2:5; Eus.HE.V.23,24,25,29,42). Примерно в то же время епископ Антиохии Феофил (Eus.HE.IV.24:1) также говорил положительно, что автор четвертого Евангелия — Иоанн: ἐξ ὧν Ἰωάννης λέγει· Ἐν ἀρχῇ ἦν ὁ λόγος, καὶ ὁ λόγος ἦν πρὸς τὸν θεόν (Theophilos.Ad Autolycum.II.22)[6]. И это же самое около 200 (?) года подтвердил Канон Муратори (9 и след.). Однако Дионисию Александрийскому[7] (Eus.VII.25:1-27) удалось обнаружить полную неоднородность Евангелия от Иоанна и Апокалипсиса (Откровения Иоанна), а современная филология путем скрупулезного лексического анализа обосновала, что если апостол Иоанн является автором Евангелия, то он не мог быть автором Апокалипсиса, и наоборот. С религиозной точки зрения эти книги занимают те противоположные полюсы, какие только могут занимать новозаветные сочинения. Апокалипсис, в котором язычество, т. е. то, что не относится к еврейству, представляется антихристианским началом (Отк.2:9; 3:9), является наиболее иудаистской книгой Нового завета, тогда как автор Евангелия от Иоанна, в котором слово «иудей» чуть ли не является синонимом выражения «враг Бога», чужд иудейству еще более, чем апостол Павел. Трудно представить более решительную противоположность, чем та, которая существует между автором Апокалипсиса, который видит в Иерусалиме, хотя и «новом» (καινή), центр Царства Христа (Отк.21:2,10 и след.), и автором четвертого Евангелия, в котором Иисус отвергает значение Иерусалима и горы Гаризим и высказывается за поклонение Богу «в духе и истине» (Ин.4:21,23). Тот, кто называл Иоанна апостолом любви, очевидно, имел в виду только Евангелие и Первое послание, ибо, прочитав Апокалипсис, он должен был бы назвать его апостолом гнева и мщения. Иоанн, вероятно, был автором Апокалипсиса (или основной его части), а не Евангелия. То, что он вместе с братом домогался первейших мест в Царстве Мессии (Мф.20:20-22), можно объяснить его иудейской мирянской точкой зрения. Если вспомнить о предложении обоих братьев, детей Зеведеевых, низвести с небес огонь на самаритянское селение (Лк.9:54) и о данном им прозвище Сыны грома, Βοανηργές = בְּנֵי־רָגֶשׁ (Мк.3:17), то можно смело предполагать, что рвение и горячность составляли характерную черту обоих братьев, которая встречается в авторе Апокалипсиса, повествующем об огненных озерах с кипящей серой (Отк.19:20; 20:10,14-15; 21:8). Иоанн, вероятно, отличался крайней нетерпимостью, которую, например, проявил, согласно Евангелиям, в своем протесте против человека, изгонявшего бесов именем Иисуса (Мк.9:38; Лк.9:49). Если же верить Иринею, который, ссылаясь на Поликарпа, утверждает, что Иоанн относился с фанатической ненавистью к еретику Керинфу[8]: «Есть слышавшие от него (Поликарпа. — Р.Х.), что Иоанн, ученик Господа, придя в баню и увидев в ней Керинфа, выбежал, не мывшись, из бани и сказал: “Убежим, чтобы не упала баня, ибо в ней враг истины — Керинф”» (Iren.Haer.III.3:4; cp. Eus.HE.III.28:6), — то, стало быть, отмеченная выше черта характера сохранилась у Иоанна и в глубокой старости. Доказательством неапостольского происхождения четвертого Евангелия может служить и сохранившаяся малоазийская история, которую поведал нам Евсевий, ссылаясь на послание Иринея к римскому епископу Виктору: во второй половине второго века возникли разногласия между христианскими общинами Малой Азии и Рима по поводу того, когда следует праздновать день пасхальной евхаристии[9]. В этом споре, который впервые обсуждался около 160 года[10], римская община высказывалась за правило праздновать Пасху в воскресный день, следующий за иудейской Пасхой; Поликарп, напротив, отстаивал малоазийский обычай празднования Пасхи в тот день, в который иудеи вкушали своего пасхального агнца, т. е. 14 нисана (практически, после захода солнца, у иудеев это считался уже наступивший 15-й день нисана); при этом Поликарп ссылался на тот факт, что именно в этот день он праздновал Пасху, «живя с Иоанном, учеником Господа нашего» (Eus.HE.V.24). Однако по свидетельству четвертого Евангелия, Иисус перед своей смертью вовсе не вкушал пасхи, а последнюю вéчерю устроил календарными сутками раньше. Следовательно, автор этого Евангелия не имел причины настаивать на праздновании евхаристии в такой день, в который, по его же словам, Иисус не вкушал уже вечери, а страдал и умер. Наоборот, «правило» Иоанна, о котором свидетельствует Поликарп, соответствует тому, что сообщается в первых трех Евангелиях. Кроме того, трудно предположить, чтобы апостол Иоанн был так хорошо знаком с александрийской и, в частности, Филоновой философией. Я уже не говорю о том, что Иоанн, по словам синоптиков, был человеком невысокого происхождения, галилейским рыбаком; только по весьма сомнительному уверению четвертого Евангелия (Ин.18:16), он был знаком с тестем первосвященника. По свидетельству посланий Павла и Деяний апостолов, Иоанн был непричастен к такой учености и мог обрести ее лишь позднее, вероятно, в Малой Азии. Однако там около 68 года он, по-видимому, написал Апокалипсис, в котором не наблюдается ни того духа, которым веет от Евангелия, ни следов александрийской учености; стих 13 из главы 19 Апокалипсиса не может для нас служить надежным авторитетом, ибо, во-первых, на основании его еще нельзя утверждать, что автор Апокалипсиса был под влиянием филонизма, а во-вторых, этот стих, видимо, является интерполяцией, согласной с системой изложения четвертого Евангелия. Нельзя забывать о том, что все новозаветные произведения в большей или меньшей степени подвергались исправлениям и добавлениям вплоть до IV века (Цельс у Оригена. — Orig.CC.II.27; Дионисий у Евсевия. — Eus.HE.IV.23:12), когда был установлен канон, а иногда, например, в случае со стихами 1 Ин.5:7-8 принятого текста[11], вплоть до XV века и даже до 1516 года, когда Эразм Роттердамский издал в Базеле textus receptus (принятый текст, или текст большинства) Библии. Безусловно одно, и с этим согласны как светские, так и клерикальные ученые: мы не располагаем ни одним оригинальным текстом Библии, т. е. ни одна из известных нам рукописей «не сохранила оригинальный текст в первозданной форме»[12]. Из всего вышесказанного следует, что апостол Иоанн не мог быть автором четвертого Евангелия. Поэтому последнего в дальнейшем я буду именовать Квартусом[13] (от лат. quartus — четвертый). Необходимо отметить, что Первое послание, приписываемое Иоанну, принадлежит, по всей вероятности, тому же автору, которому принадлежит и четвертое Евангелие (Iren.Haer.III.16:5,8; Hier.De viris ill.9). Согласно свидетельству Евсевия, правда не бесспорному, Первым посланием Иоанна пользовался Папий (Eus.HE.III.39:17). Что касается Апокалипсиса, то его аутентичность также не бесспорна. Если не учитывать свидетельств самого Откровения (Отк.1:1-2,4-6,8; 22:8), то первым, известным нам, свидетельством о том, что автор Апокалипсиса есть апостол Иоанн, является свидетельство Юстина: «У нас некто, именем Иоанн, один из апостолов Христа, в Откровении, бывшем ему, предсказал, что верующие в нашего Христа будут жить в Иерусалиме тысячу лет, а после того будет всеобщее, словом сказать, вечное воскресение всех вместе и потом суд» (Just.Dial.81). Однако в 1882 году немецкий теолог Д. Фёльтер пришел к заключению, что Откровение Иоанна представляет собой многократную переработку одного основного сочинения различными авторами в период между 66 и 110 годами. По мнению немецкого теолога Э. Фишера, Апокалипсис является переработкой одного иудаистского сочинения христианским редактором; французский теолог Л. О. Сабатье и немецкий теолог Г. Шен, наоборот, думали, что в христианское сочинение были вплетены иудаистские элементы. Немецкий теолог И. Вейланд отличал два иудаистских первоисточника времен Нерона (54–68) и Тита (79–81) и христианскую редакцию при Траяне (98–117); немецкий теолог Ф. Шпитта нашел одно основное христианское сочинение, составленное в 60 году, два иудаистских источника и христианского редактора при Траяне; К. Шмидт — три иудаистских источника и двух христианских редакторов; а сам Фёльтер, уже в новом труде 1893 года, — первичный Апокалипсис 62 года и четыре его редакции при Тите, Домициане (81–96), Траяне и Адриане (117–138)[14]. Многие исследователи датируют Апокалипсис 93 годом, ибо именно к этому году относится указ императора Домициана, о котором сообщает Светоний (Suet.Domitianus.2): «Однажды в связи с обилием вина, но недостатком хлеба, он (Домициан. — Р.Х.), думая, что из-за усердия в виноделии оставляются в пренебрежении пашни, издал указ, чтобы в Италии никто не закладывал новых виноградников и чтобы в провинции срезали виноградники, оставив самое большее половину. Но он не настоял на выполнении распоряжения». По сообщению Филострата в Жизни Аполлония (Flavius Philostratus.Vita Apollonii.VI.42), ионийцы послали по этому поводу депутацию к Домициану и добились отмены указа. С этим сопоставляют место из Апокалипсиса (Отк.14:18 и след.), где ангелу предписывается срезать «грозди винограда на земле». Ф. Энгельс датирует Откровение Иоанна с точностью до полугода — вторая половина 68 года, вплоть до января или, в крайнем случае, до апреля 69 года[15]. Дело в том, что автор Апокалипсиса описывает семиглавого зверя, семь голов которого есть «семь царей, из которых пять пали, один есть, а другой еще не пришел, и когда придет, не долго ему быть. И зверь, который был и которого нет, есть восьмой, и из числа семи, и пойдет в погибель» (Отк.17:8-11). Пять царей, которые пали, это римские императоры Август, Тиберий, Калигула, Клавдий и Нерон. Шестой царь, который еще царствует, это император Гальба[16]. Автор предвидит скорую гибель шестого и следующего, седьмого, императоров, за которыми придет восьмой, уже бывший раньше. У этого зверя одна из голов «как бы смертельно ранена, но эта смертельная рана исцелела» (Отк.13:3). Похоже на то, что речь здесь идет об императоре Нероне, который покончил самоубийством, но о котором ходили слухи, что он все-таки выжил и где-то собирает силы для борьбы за трон. То, что под грядущим зверем подразумевается именно Нерон, убедительно подтверждается расшифровкой его знаменитого числа «шестьсот шестьдесят шесть» (Отк.13:18). Эту расшифровку дал берлинский профессор Ф. Бенари, лекции которого в свое время слушал Энгельс. В еврейском языке практиковалось обозначение цифр и чисел буквами алфавита. Титул и имя Нерона — кесарь Нерон (קֵסַר נֵרוֹן) — расшифровываются следующим образом: ק = 100, ס = 60, ר = 200, נ = 50, ר = 200, ו = 6, ן = 50; то есть: 100 + 60 + 200 + 50 + 200 + 6 + 50 = 666. Именно так расшифровывали это число древние христиане. Причем, как свидетельствует Ириней (Iren.Haer.V.30:1), многие еретики во II веке записывали имя Нерона не на еврейский, а на оригинальный латинский манер, в котором, согласно латинской грамматике, присутствующая в основе носовая n опускается (Nero), т. е. эти еретики записывали имя Нерона не как נרון, а как נרו; и тогда «число зверя» получалось ровно на 50 меньше — 616. Таким образом, грядущий зверь, число которого 666, есть не кто иной, как оживший император Нерон, а книга написана в царствование шестого императора, т. е. Гальбы, длившееся с июня 68 по январь 69 года. Похоже, основная часть Апокалипсиса была написана в период правления Гальбы (Отк.17:10а), но вскоре после этого, в 69–70 гг., была отредактирована (Отк.17:10б). Следующая редакция, по всей вероятности, произошла уже после разрушения Иерусалима (Отк.11:2), а затем — при Домициане около 93 года (Отк.14:18-20; ср. Suet.Domitianus.2). После этого была как минимум еще одна редакция при Траяне в 111–113 гг. (Отк.13:7-15; ср. Plinius Secundus. Epist.X.96). Во всяком случае, определенно можно сказать следующее: Откровение Иоанна было написано в 60-х годах I века и подвергалось неоднократным редакциям вплоть до правления Траяна или даже Адриана. Автор пятой книги Сивилл (Oracula Sibyllina.V.155-161) около 117 года уже был знаком с Апокалипсисом.

Цитата К Вам пытаются "подойти" энергии мамины (ее женского рода). Да, вот это точно. В это время моя мама, как я узнала позже, заплатила деньги, чтобы это поскорее закончилось, чтобы мне помогли.

Этот сон навсегда расставил в моём сознании всё на свои места. Отныне все известные книги – Тора, Библия, Коран, Бхагавад-гита и многие другие, были и есть, почитаемы мною, но основное внимание я стала уделяла Евангелию и личности Христа. Лишь сейчас я поняла, что каждый из нас приходит в этот мир в своём вибрационном коридоре, или потоке, который связан с его небесным или космическим родом. И эта связь сохраняется на земном уровне, переплетаясь со связями рода земного. Те, кто могут нас понимать, те, кто чувствуют нас, прежде всего, на уровне энергетическом, вибрационном – это те, кто пришли в этот мир из этого же потока, кто, возможно, является членом этого же небесного рода. И, найдя друг друга, узнав и объединившись, мы будем как гроздь винограда, поддерживать друг друга в этом мире. И каждый небесный род вспоминает ту Великую Сущность, что почитаема в неземных пределах и известна на Земле как Учитель. Познавая этот мир, можно вспомнить все связи и свою задачу в этом мире. Когда я поняла, что Учитель мой единственный – это Христос, я увидела опять удивительный сон, который оставил неизгладимые воспоминания. Ночное небо. Множество, мириады светящихся точек, звёзд на небосклоне. Я смотрю в небо, и взгляд мой останавливается на медленно движущейся звезде. Да, она движется, она летит, приближается. Волнение было очень велико. Неимоверная радость охватила всё естество, когда я увидела стоящую мужскую фигуру, в которой узнала образ Учителя. Он стоял на чём-то, похожем на облако, которое быстро приближалось. Наконец я разглядела Его. Именно так я себе Его и представляла. Именно таким он был в моём воображении. Когда Он приблизился достаточно близко, я проснулась и долго думала об этом сне. Что всё это значит? Но жизнь продолжалась и самый трудное для меня сейчас, в этот момент, описать, как протекала моя жизнь далее, как всё- таки я переступила через свою неприязнь к мужчинам. Это непросто, ибо об этом не хочется вспоминать, но опять-таки Но.. как говорится - взялся за гуж не говори, что недюж. Я встретила молодого человека, который жил неподалёку, и который мне напомнил своей внешностью Учителя. Где-то в тайниках сердца я таким Его себе и представляла. Его взгляд, цвет волос и глаз, как будто, были знакомы мне. Мы разговорились, и тут я услышала от него полную драматических переживаний историю личной жизни. То, что он рассказывал, потрясло меня. В моём сознании он стал в позицию невинной жертвы, которую надо защищать. Это сыграло роковую роль в моей жизни. Как я поняла после, нельзя доверять рассказам лишь одной стороны, нужно всегда выслушать мнение двоих. Жалость расслабила меня, лишила рассудка, я не видела, что многое не так, как этот человек объясняет, ведь было мало опыта. Я решила спасти этого человека, помочь и перевоспитать и … вышла за него замуж. И впервые столкнулась с таким понятием, как «пьянство», «алкоголь». После поняла, что пьянство – это очень серьёзная зависимость. И когда под воздействием алкоголя человек совершает неадекватные действия – бьет свою бабушку до фиолетовых синяков и многое другое, что трудно описывать, о котором после не помнит, это не значит, как считает он, что виноват тот, кто подвергся его нападению, виноват, прежде всего, в своей безвольности тот, кто после перекладывает свою вину на других. Наблюдать это было страшно и тяжело. И однажды я просто не выдержала этих испытаний и ушла. Оказалось, что я жду ребёнка. Как мне реагировать на это известие, - я не знала. Как я смогу выжить одна, – тоже. Но я пошла на это, до конца не зная на что. Вынашивание и рождение ребёнка, как я это понимаю ныне, связаны с грандиозной работой, на всех уровнях, требующей максимально тонкого настроя для соединения с душой ребёнка, для общения с ним до рождения. И ожидание его прихода в этот мир может тоже стать праздником, великим праздником, который оставит воспоминания радости, как свято (украинское слово больше отображает суть), которое можно принимать как подарок, дар Небес. Но тогда всё происходило обыденно и грустно. Сам процесс рождения запечатлелся как акт жуткого унизительного насилия, когда каждая акушерка грубыми словами, может обругать тебя, может заставлять делать непонятное. То, что я увидела в роддоме вызвало во мне ужас. В палате жутко кричали и лезли на стены 8 рожениц. На вызов ни врачи, ни акушерки не приходили, отвечали: « рано, пусть покричит ещё». Об этом можно было бы не говорить в таких подробностях, но эти воспоминания оставили большой след в моей памяти. Я посмотрела на страдания рожениц и замерла. Всё остановилось во мне, схватки окончились. Моё пребывание в больнице становилось для меня невыносимым. Я потеряла ориентацию во времени, я потеряла вообще понятие, кто я, такой большой был стресс. В одно из мгновений, когда я уже не помнила, сколько времени прошло, я поняла, что не хочу больше жить. Я подошла к окну и открыла его. Посмотрела вниз толи четвёртого, то ли пятого этажа. Страха не было. Было лишь одно желание, чтобы всё поскорей окончилось, терпение было исчерпано. Мысленно я проговорила всё это. И стала думать, как залезть на подоконник . В этот момент дверь открылась и вошли двое, они схватили меня, быстро положили и стали колоть уколы, потом поставили капельницу и вышли. Я очнулась и решила возобновить задуманное, но сон склонил меня. Не знаю, в какое время суток, дверь открылась и меня без предупреждения схватили, положили и повезли. Я ничего не понимала, мне было всё равно. После много чего делали и наконец, я услышала детский крик. Я была так измучена, что не испытывала ничего. Я вообще не понимала здесь я или нет. Острая боль заставила всё вспомнить. Это иголками с нитками наживую без наркоза зашивали меня. Несколько лет я выходила из стресса, который получила в роддоме. Это одна из сильных травм, в которой выражались мои претензии к Богу. Это никак не сочеталось с понятием: Бог есть Любовь. Это никак не сочеталось с понятием «Отец». Это никак не выражалось как радость.

Да, интересно. Хотелось бы с ней пообщаться.